— Угу. Это те, про кого мы знаем. А кому это могло быть нужно?
— Да кому угодно, как я уже говорила.
— Ну, с Нидарией все понятно. Тагарда тоже как-то притянуть можно, хоть и за уши. Простите, в смысле, с трудом. А какие мотивы могут быть у Равелиссы и Грэйди?
— О, эти подколодные — простите, сердечные — подруги иногда такие выдумщицы, когда то, чего они хотят, достается другой.
— Это вы про Тагарда?
— Нет, это я про свадьбу. Хотя, возможно и про Тагарда. Пока не знаю.
— Хорошо, а Грейди?
— Ну, не знаю. Может, ему захотелось присоединить к своим землям этот лакомый кусочек.
— Насколько я знаю Грэйди, это на него не похоже.
— Да, на того Грэйди, которого знала я, это не похоже. Но люди иногда меняются, намин. Особенно, когда к ним приходят деньги. Много денег. Я не утверждаю, что он изменился, но ведь МОГ измениться, согласны? Вообще, все это дело как-то дурно пахнет. Мне не понравилось всё, что я здесь вчера увидела. Мне не понравилось все, что я здесь сегодня услышала. Если честно, мне в принципе в этом браке что-то не нравится…
— Мне вообще в браке ничего не нравится.
— А с чего бы вам что-то нравилось в браке? Мы с вами и наши матримониальные отношения — разменная монета в политических играх.
— Ну, зачем же так, принцесса. В нашей семье принято вступать в брак по любви.
— О, да! Но желательно, чтобы это была любовь к венценосной особе, — в словах Недотроги слышалась не то горечь, не то сарказм.
— Вы не верите в любовь к венценосным особам?
— Я верю в любовь. Но боюсь, что МОЕМУ браку она не будет иметь никакого отношения.
— А как же надежда?
Я подошел к ней, опустился на колени и изобразил самую трогательную из своих мин. Вот он, подходящий момент: момент откровения, единения, сочувствия. Я остановил свой взгляд на ее губах, затем чуть потянулся вперед и закрыл глаза…
— Намин Миранир, вы со мной заигрываете, или мне показалось?
Голос Недотроги прозвучал как-то неожиданно… Ну что ей еще надо?
— Я вам не нравлюсь, Кэйли?
Недотрога улыбнулась:
— Вы себя в зеркале видели, Ранир? У меня тоже глаза есть. Конечно, вы мне нравитесь. Вы очень красивы…
Да, я такой.
— …В вас чувствуется ум, сила и уверенность в себе…
Да-да-да, продолжайте…
— …Вашим телом можно любоваться бесконечно…
Не могу спорить с очевидным…
— … Вы — безупречный, смертоносный хищник, который точно знает, чего хочет, и точно знает, как это взять, — она сделала паузу. — Но я не люблю чувствовать себя дичью. Простите, — развела она руками. И в ее взгляде не было ничего, кроме сожаления.
Хм. Мне только что отказали. МНЕ. ОТКАЗАЛИ?
Причем отказали так, что и возразить нечего.
Я бродил по дому, обдумывая наш разговор. Вроде и слова все красивые. Но почему же я чувствую себя как оплеванный?..
— Скучаете, Ранир? — я настолько углубился в свои мысли, что не заметил, как подошла Равелисса.
— Разве я могу скучать в вашем обществе, Лисса?
— Ах, как мне хватает здесь воспитанных кавалеров, Ранир… — не без намека прошелестела Равелисса, посматривая на меня взглядом «не кому березу заломати»… Нет, конечно, не дело березке одной гнуться и качаться. Или это уже про рябину? С другой стороны — что березка, что рябина — какая в пень разница? И загнем, и покачаем!
Раз уж принцессы нами брезгуют…
…— И вот теперь мне нужно думать, что подарить этой суке на день рождения…
Нет, ну почему женщине хочется поговорить именно в тот момент, когда мужчине больше всего хочется спать? Намордник, блин, ей подари!
— Угу.
— Понимаешь, ей же нужно такое… Ну, она рубины любит, топазы…
А что, намордник с топазами: и гламурненько, и в цвет глаз.
— Угу.
— И если я не смогу решить эту проблему, то буду вынуждена вновь несколько месяцев прозябать в какой-нибудь провинции. А как благородная исса может найти себе в провинции подходящего жениха?..
Да, нищие на паперти просто удавились бы такой талант. И вроде не просит, а отказать невозможно.
— Милая, ну разве можно допустить, чтобы высший свет Лиотиссии лишился прелестнейшей иссы из-за такого нелепого недоразумения? К сожалению, я не смогу помочь в выборе — знаешь, мужчины это всегда проблема, но, возможно, дополнительные средства облегчили бы решение вопроса?..
— Ах, Ранир, мне так неловко. Но ты знаешь, стыдно признаться, но это действительно поможет. Если я смогу купить подходящий подарок… Да, отсутствие новых туалетов за спиной обсосут, не без этого, но главное, я буду вновь допущена в высшее общество!