«Какая работа?» — грубо спросила меня Майя.
«Секретно. Пункт в моём контракте гласит: «Не говори своей любопытной сестре или её назойливому бойфренду». Я забрал у Петро его трофей и подал нам с Еленой последние креветки.
Майя схватила одну из моей миски. «Повзрослей, Маркус!»
Ах, семейная жизнь. Я подумал, есть ли у человека, которого я пришёл искать, близкие родственники. Когда ищешь мотивы, никогда не пренебрегай простым.
IV
У нас с Хеленой был один вечер, который мы провели вдвоём. Мы провели его с пользой.
Завтра к нам присоединится Альбия, молодая девушка из Британии, которая заботилась о наших детях, пока мы пытались заботиться о ней. У Альбии было неудачное начало жизни: беготня за Джулией и Фавонией отвлекала её — в теории. У неё был опыт семейных путешествий, когда мы привезли её в Италию из Лондиниума, но управлять малышом и подрастающим младенцем во время двухчасовой прогулки в повозке было бы непросто.
«Мы уверены, что Альбия сможет найти дорогу сюда самостоятельно?» — мой голос звучал настороженно, но не слишком критически.
«Успокойся, Фалько. Её приведёт мой брат».
«Квинт?»
«Нет, Авл. Квинт остаётся с Клавдией и младенцем». Гай Камилл Руфий Константин, наш новый двухмесячный племянник, давал о себе знать. Мир и все планеты вращались вокруг этого младенца. Возможно, поэтому другой брат Елены так стремился покинуть семейный дом.
«Авл едет в университет. Он проявил интерес к юриспруденции; папа воспользовался моментом, и Авла отправляют в Афины».
«Греция! А учёба? Мы говорим об Элиане?» Авл Камилл Элиан был неженатым сыном сенатора, с деньгами в кармане и беззаботным взглядом на жизнь; я не мог представить его серьёзно посещающим лекции по юриспруденции под смоковницей в античном университете. Во-первых, его греческий был ужасен.
«Разве он не может быть адвокатом в Риме?» Это было бы для меня полезнее. Экспертные знания, за которые не нужно было платить, всегда были кстати.
«Афины — лучшее место». Что ж, именно туда традиционно отправляли неловких римлян, которые не совсем вписывались в обстановку.
Я усмехнулся. «А мы уверены, что он туда поедет? Нам с тобой нужно убедиться, что он плывёт на корабле?» В свои тридцать с небольшим любимыми занятиями благородный Авл Камилл Элиан любил охоту, выпивку и гимнастику — и всё это доводилось до крайности. Должны же быть и другие, столь же агрессивные и дурные привычки,
Я старалась этого не раскрывать. Так я могла заверить его родителей, что не знаю никаких грязных секретов.
«Это серьёзный удар для моих родителей, — упрекнула меня Елена. — Наконец-то одного из их детей могут упомянуть на приличных званых обедах».
Я сдержался от шуток. Их дочь ушла из дома, чтобы жить с бедняком.
— я. Теперь, когда у нас с Хеленой появились дочери, я понял, что это значит.
Как родители, мы были заняты делами поважнее, чем разговоры об Авле. Освободившись на этот раз от угрозы маленьких гостей в спальне, мы с энтузиазмом опробовали нашу квартиру. Я арендовал один из таких же наборов комнат в небольшом доме, расположенном вокруг двора с колодцем. Балконы выходили на улицу – для вида; жильцы не могли на них зайти. Вокруг нас были другие семьи, приезжавшие в гости; мы слышали их голоса и стук мебели, но, поскольку мы их не знали, нам не нужно было беспокоиться о том, подслушивают ли они.
Нам удалось не сломать кровать. Ненавижу оказаться в невыгодном положении, когда хозяин приходит проверять график ремонта и обустройства, прежде чем отпустить тебя.
После короткого глубокого сна я резко проснулся. Елена лежала рядом со мной лицом вниз и видела сон, плотно прижавшись к моему боку. Я лежал, положив правую руку на её длинную голую спину, слегка растопырив пальцы. Если и была подушка, то её уже не было. Голова была запрокинута, подбородок поднят. Как всегда в самом начале миссии, голова была полна беспокойных мыслей.
Меня наняли, чтобы найти пропавшего корреспондента «Дейли Газетт» . С моей стороны было глупо браться за эту задачу, как и за большинство моих дел. Единственным преимуществом этой было отсутствие трупов — по крайней мере, так я себя успокаивал.
Пока я лежала в тишине, я вспоминала, как всё началось. В Риме просьба сначала пришла косвенно, через императорские секретариаты. Там был один высокопоставленный человек по имени Клавдий Лаэта, который иногда давал мне поручения; дела всегда шли наперекосяк, поэтому я была рада, что имя Лаэты не было связано с этим.
Ну, не очевидно. С этой скользкой свиньёй никогда нельзя быть уверенным.
Две недели назад, дома, кто-то на Палатине рекомендовал мои навыки расследования писакам из « Газеты» . Напуганный маленький раб-государственник был отправлен прозондировать меня; он мало что мне рассказывал, потому что ничего не знал. Я был заинтригован. Если эта проблема имела какое-либо значение, то, как начальник отдела корреспонденции, Клавдий Лаэта должен был знать об этом: « Дейли Газетт» была официальным рупором правительства. Более того, когда раб появился в моём кабинете, будучи скрытным, одним из его преимуществ было то, что…