Цена счастья - Макута Мануэлла

– Они приехали!
– Майкл первым заметил гостей и бросился к двери.

Джулия Грант, с её неизменной теплой улыбкой, обняла Брейди, аккуратно обходя мой заметно округлившийся живот.

– Брейди, дорогая! Как ты расцвела!

Дети, их и Грантов, радостно приветствовали друг друга, создавая приятный шум в холле. Вскоре появилась няня, миссис Петтигрю, и увела всю детскую компанию в игровую комнату.

За ужином мужчины немедленно погрузились в разговор о политике. Эван, с его пламенной решимостью в глазах, делился последними успехами в создании школы для бывших рабов. Он так изменился за эти пять лет - из военного человека превратился в политика, чье имя все чаще упоминали в газетах.

– Ты помнишь, как мы начинали в форте Джексон?
– глаза Эвана сияли.
– Всего пять семей согласились сотрудничать, а теперь более трехсот детей бывших рабов получают образование.

Улисс кивал, поглаживая бороду:

– Но сопротивление на Юге все еще сильно. Новый закон о гражданских правах встретил яростную оппозицию. Нам предстоит очень долгий путь.

Брейди с Джулией, сидя на другом конце стола, вели свой разговор.

– Как поживают Макферсоны?
– решилась спросить она, хотя при упоминании бывших свекров все еще ощущала легкую горечь.

Джулия рассмеялась:

– О, если бы ты видела Клодию сейчас! После того случая, когда она впервые увидела сына Джереми и потеряла сознание, она стала просто другим человеком. Ты знаешь, она каждое Рождество присылает подарки не только Майклу, но и тому малышу... Она буквально на коленях вымаливает прощение у мальчика. А вот старый Горацио, как ни странно, первым нашел общий язык с внуком. Они проводят вместе выходные, когда.

Брейди кивнула. Время действительно лечит, даже такие глубокие раны.

Звон бокалов привлек их внимание к мужчинам.

– За будущее без предрассудков и неравенства!
– провозгласил Улисс, поднимая бокал.

– И за тех, кто борется за это будущее, - добавил Эван, глядя на президента с искренним уважением.

После ужина они перешли в гостиную. Мужчины углубились в обсуждение предстоящих выборов в Конгресс. Джулия рассказывала Брейди о последних вашингтонских сплетнях, но та невольно прислушивалась к разговору Эвана и президента.

– Радикалы хотят более решительных мер, - говорил Грант, -Но я опасаюсь, что чрезмерное давление лишь усилит сопротивление. Нужен баланс.

– Но мы не можем позволить, чтобы новообретенные права были лишь на бумаге, - возражал Эван с присущей ему страстностью.
– В некоторых округах бывших рабов запугивают, не дают голосовать.

Она наблюдала за мужем и думала, как он изменился. Из непримиримого северянина, видевшего во ней лишь изнеженную и любящую богатство южанку- предательницу, он превратился в человека, искренне борющегося за справедливость для всех - вне зависимости от происхождения или цвета кожи.

Гранты уехали около одиннадцати. Она поднялась наверх проверить детей. Майкл уже спал, раскинув руки на кровати, а Сильвия, их маленькая принцесса с глазами Эвана, сонно моргала, пытаясь дождаться возвращения матери.

– Папа сказал, что президент поможет всем детям получить образование, - пробормотала она, засыпая.

– Да, милая. И твой папа помогает ему в этом.

Когда она спустилась в кабинет, Эван сидел за столом, просматривая какие-то бумаги. Он поднял на меня глаза, и она увидела в них ту теплоту, которая появилась лишь спустя годы их совместной жизни.

– Дети спят?
– спросил он, откладывая документы.

– Да. Сильвия очень гордится своим папой-политиком, - она подошла ближе, и муж обнял её, осторожно поглаживая живот.

– Чувствуешь, как толкается? Мне кажется, это будет мальчик, - шепнула она.

– Лишь бы был здоров, - Эван нежно коснулся губами её лба.
– Кто бы мог подумать пять лет назад, что мы будем здесь, вот так...

Она прильнула к нему, вспоминая их долгий путь через непонимание, обиды, предательство.

– Я люблю тебя, Эван Стоун. Несмотря на все и вопреки всему.

– И я люблю тебя, Брейди Стоун, - ответил он с той искренностью, которая появилась между нами лишь после всех испытаний.

Они тояли у окна, глядя на звездное небо над Массачусетсом, таким непохожим на южное небо их общего детства. Но здесь теперь был их дом. Брейди понимала это. Дом там, где её семья, где человек, научившийся любить её, и дети, в которых соединился Север и Юг, прошлое и будущее.