Цена счастья - Макута Мануэлла

– Джереми, - выдохнула она, и слезы обожгли глаза. Всё же, Джереми был невероятно добр к ней, любил Майкла как своего сына, ни разу не выказав и капли сожаления о том, что на их с Майклом месте сейчас не Талула с их сыном.

– Это наш с Клодией внук, - тихо сказал Горацио.- Его зовут Теодор. Вернее, его так звали. Теперь его зовут Джейден Смит. Он живёт в Бостоне со своим дедом и его новой женой.

Брейди не могла отвести взгляд от медальона.

– Он поразительно похож на Джереми, одно лицо, -прошептала она.- Неужели он действительно такой...

– Да, я видел его вживую, - Горацио смотрел куда-то сквозь неё, в пространство.

– Как?
– она подняла на него изумленный взгляд.

Он пожал плечами.

– Сэр Грант помог. Его связи на Севере и... мои деньги.

Брейди встала рядом, все еще держа медальон перед глазами.

– И вы сказали ему? Что вы его дедушка?

Горацио горько усмехнулся.

– Нет, я даже постеснялся подойти. Что я мог сказать? "Сынок, мы разлучили твоих маму и папу. А твоя бабушка пыталась дважды продать твою мать, и даже когда она была беременна тобой"?

Брейди тихо опустилась на стул рядом с ним. Они молчали долго. В комнате было слышно только потрескивание дров в камине и отдаленный голос Эвана, читающий что-то наверху.

– А как Клодия?
– наконец спросила бывшего свёкра.

Горацио покачал головой.

– Она не желает его знать,- ответил он тихо.- Хоть и признала, что сходство на портрете поразительное. Но даже не пожелала поехать со мной.

– Горацио, мне жаль. И я не понимаю, за что вы меня благодарите, - сказала она, возвращая ему медальон.

Он сжал её руку.

– За то, что ты всегда защищала Майкла. За то, что не дала Клодии забрать его, как она когда-то забрала у нашего сына его единственную любовь. И его ребёнка- нашего родного внука. За то, что помогла мне увидеть, какие ошибки мы совершили. После твоего приезда... после всего, что случилось, что ты сказала... Я начал думать. И искать. И нашел его.

Он смолк, затем добавил:

– Когда тебя обвинили в отравлении, я думал, что потеряю еще и Майкла. Но ты выстояла. Ты очень сильная, Брейди.- невольно повторил он слова Эвана.

Горацио пробыл у них еще час. Он поднялся наверх, поиграл с Майклом, рассказал ему историю о Миссисипи. Затем, уже прощаясь, крепко обнял бывшую невестку.

– Береги их, Брейди, - сказал он.-Семья- это все, что у нас есть на этой земле. Жаль, я понял это слишком поздно.

Когда он ушел, Брейди поднялась в детскую. Эван стоял у окна, глядя на звездное небо. Она подошла к нему и просто положила голову ему на плечо. Он не отстранился - уже маленькая победа.

– Что случилось?- тихо спросил он.

Она рассказала ему все. О Джереми и Клодии, о маленьком мальчике Теодоре, живущем в Бостоне, не зная о своем происхождении. И, говоря это, она смотрела на спящего Майкла.

– Нет ничего ценнее семьи, Эван, - прошептала она, когда закончила рассказ.
– Какими бы сложными ни были наши пути, какие бы ошибки мы ни совершали... семья - это единственное, что имеет значение.

Эван молчал долго. Затем его рука нашла её.

– Я знаю, - сказал он.- Я не знал своего сына долгие годы. Едва не потерял тебя.

Они стояли так, обнявшись и глядя на сына. Не зная, что будет завтра. Не зная, исчезнет ли когда-нибудь боль из их сердец, призрак Джереми и образ Элизабет Стерлинг- из их отношений. Но сегодня, в этот момент, они оба чувствовали, что могут начать всё заново.

И это уже было много больше, чем я смела надеяться еще месяц назад.

Эпилог

Любовь, что тлеет внутри, разгорится,

Вспорхнет к небесам, словно птица.

Если сердце открыть, понять и простить,

И просто любить. Ведь так просто- любить.

Пять лет прошло с тех пор, как Брейди с Эваном и маленьким Майклом покинули форт Джексон. Теперь их домом стал просторный особняк в Массачусетсе, с широкой лестницей и садом, где Майкл, уже девятилетний мальчик, так любил учить свою четырехлетнюю сестренку Сильвию ловить светлячков.

***

Вечер выдался теплым. Брейди наблюдала из окна гостиной, как подъезжает президентский кортеж. Улисс Грант не изменил своей пунктуальности - ровно шесть часов вечера. Пять лет назад этот человек держал в руках судьбу их семьи и самой Брейди. Теперь же он был для них не просто президентом, а другом семьи.