Брейди кивнула, ничего не понимая:

– Да, сэр.

Улис и Эван обменялись понимающими взглядами.

– Что ж, миссис Стоун, - официально произнес полковник,- Приношу вам свои извинения за арест и обвинения. Они сняты. Вы свободны.

– Как?
– прошептала Брейди, не веря своим ушам.

Полковник Грант кивнул на Маргарет:

– Это леди Маргарет Бичем. Вдова генерала Юга Томаса Бичема и одна из лидеров сопротивления. Она не сестра мистера Монтгомери, а его любовница и соучастник в подрывной деятельности против Союза. А глава сопротивления - сам Джеймс.

– Но... как вы узнали?- Брейди все еще не могла прийти в себя.

Грант слегка нахмурился, но затем ответил одним словом:

– Вайолет.

Ужас прострелил девушку. Они что же, угрожали матери здоровьем или жизнью ребёнка?!

– Вы что-то сделали ребенку?!

Полковник поморщился:

– Помилуйте, миссис Стоун. Разве я, по-вашему, на такое способен?

Он повернулся к Маргарет с легкой улыбкой:

– Но вот эта леди об этом не знала. Пригодился мой талант - я с детства был в актерском кружке Джулия и дети до сих пор любят вовлекать меня в спектакли в госпиталях или на праздниках.

Маргарет внезапно разразилась потоком ужасных проклятий, рванулась к Гранту, несмотря на связанные руки. Он спокойно кивнул солдатам:

– Уведите её.

Когда дверь за ней закрылась, Брейди посмотрела на Эвана. Он улыбался ей- открыто и тепло, как в те далекие дни их первой любви.

– Пойдем домой, сказал он, протягивая мне руку.- Майкл уже там, он ждет нас. Нас обоих.

Брейди вложила свою руку в его ладонь и впервые за долгое время почувствовала, что они действительно возвращаются домой. Семьёй.

Глава 31.

Вечер выдался удивительно тихим. Майкл играл в солдатиков на коврике у камина, а Брейди пыталась читать книгу, но мысли разбегались. Событий последних недель хватило бы на целую жизнь - обвинение в отравлении, домашний арест, оправдание. А теперь это хрупкое, неуверенное перемирие с Эваном. Они снова жили вместе, именно жили, а не существовали как две гадюки в банке, что задались целью побольнее ужалить противника. Снова говорили друг с другом, даже улыбались иногда, будто учились заново быть семьей.

Эван сидел за столом, разбирая бумаги. Взгляд его был сосредоточен, но время от времени он поднимал глаза и смотрел на Майкла с каким-то новым выражением - словно только сейчас понял, что мог потерять их обоих.

Стук в дверь застал всех врасплох. В форте Джексон гости в вечернее время были редкостью. И, как Брейди помнила из недавних событий, такие визиты были не всегда положительными.

– Я открою,- сказала она, откладывая книгу.

На пороге стоял Горацио Монтгомери. Один взгляд на его лицо - и у девушки невольно сердце. Он выглядел постаревшим на десять лет. Его глаза, всегда такие гордые и уверенные, были сейчас красными и опухшими. Что должно было случиться, чтобы этот мужчина плакал? Ведь он не плакал даже на похоронах единственного сына, Джереми.

– Горацио?
– Брейди невольно протянула руку.- Что случилось? Входите, не стойте на пороге.

Он шагнул внутрь, и она увидела, что его плечи содрогаются от беззвучных рыданий.

– Дедушка!
– воскликнул Майкл, бросаясь к нему.
– Ты пришёл поиграть со мной?

Горацио попытался улыбнуться, но вместо этого его лицо исказилось, и слеза скатилась по морщинистой щеке.

– Мама, почему дедушка плачет?
– испуганно спросил Майкл, хватая Брейди за юбку.

– У дедушки просто слезятся глаза, милый,-она погладила сына по голове.
– Он немного заболел.

Эван поднялся из-за стола, обеспокоенно глядя на них.

– Эван, - тихо произнесла Брейди, - Не мог бы ты взять Майкла наверх? Может, почитаешь ему перед сном?

Муж понимающе кивнул, хоть в его глазах и читался вопрос.

– Пойдем, солдат,- сказал он, поднимая Майкла на руки.
– Сегодня я расскажу тебе о битве у Шайло.

Когда они поднялись по лестнице, Брейди повернулась к Горацио.

– Воды? Или чего-нибудь покрепче?
– предложила она.

Горацио как будто не слышал её. Он прошел на кухню, словно слепой, опираясь рукой о стену.

– Брейди, - произнес он, наконец, усаживаясь за стол.
– Я должен поблагодарить тебя.

– За что?
– она недоуменно покачала головой.
– Я ничего не сделала.

Вместо ответа он достал из внутреннего кармана что-то и положил на стол. Это был медальон размером с треть ладони. Серебро, с красивым узором на раме.

– Открой, - хрипло попросил он. И весь его вид символизировал тайну, сокрытую в этом предмете.

Дрожащими пальцами она раскрыла медальон. Внутри были две миниатюры. На одной - красивая молодая негритянка с нежными чертами лица и гордым взглядом. Талула. Любовь всей жизни её погибшего мужа, Джереми. На второй - темнокожий мальчик лет четырех. У Брейди перехватило дыхание. Это лицо... эти глаза... этот упрямый подбородок...