– Я благодарна за заботу, но все же хочу взвесить все за и против,- твердо ответила она.
– Дайте мне неделю.

Стрельцов сжал губы.

– Три дня, - отрезал он.
– Через три дня я жду окончательного ответа. И советую согласиться, Елизавета Николаевна. В вашем положении лучше иметь меня другом, а не врагом.

После ухода непрошеного гостя, Александра рухнула в кресло.

– Кажется, у нас большое проблемы, - пробормотала она.

– Вы так никогда не говорили, госпожа, - удивлённо заметила Агафья, которая всё это время стояла у двери.
– Обычно вы сильная.

– Правда?
– Александра усмехнулась.
– Ну, что-то эта сила мне не помогла. Значит, пора становиться еще сильнее.

Глава 3:

В следующие два дня Александра старалась разобраться в своем новом положении. Поместье действительно находилось на грани разорения. Прежний управляющий запустил хозяйство, поля едва обрабатывались, крестьяне, освобожденные после реформы, работали неохотно из-за задержек оплаты.

Дети, Петр и Мария, оказались умными и воспитанными, но настороженно относились к внезапным переменам в поведении матери. Александра, никогда не имевшая дела с детьми, кроме показных благотворительных акций, не знала, как с ними общаться.

На третий день, когда она сидела в кабинете покойного Николая Ильича, разбирая бумаги и пытаясь понять финансовое положение имения, в дверь постучали.

– Войдите, - отозвалась Александра, поправляя очки, которые обнаружила в столе и которые, к ее удивлению, идеально подходили для её новых глаз.

В кабинет вошел молодой мужчина в строгом мундире. Высокий, с темными волосами и проницательными карими глазами, он держался с достоинством, но без высокомерия.

– Елизавета Николаевна,- он поклонился.
– Андрей Михайлович Тарханов, городничий.

– Господин Тарханов, - Александра встала, вспомнив то немногое, что знала об этикете XIX века из фильмов.
– Чем обязана?

Городничий окинул ее внимательным взглядом.

– Вопрос налогов, сударыня. Ваше имение задолжало казне значительную сумму.

– Присядьте, пожалуйста, - Александра указала на кресло напротив стола.
– Я как раз разбираю финансовые дела поместья. После увольнения управляющего обнаружила полный беспорядок в бумагах.

Тарханов сел, продолжая внимательно наблюдать за ней.

– Вы изменились, Елизавета Николаевна, - заметил он.
– Раньше вы избегали подобных разговоров.

Александра напряглась. Этот человек что-то подозревал.

– Пришлось взять себя в руки, - ответила она.
– Ради детей.

– Похвально, - кивнул городничий.- Что ж, к делу. Долг составляет три тысячи рублей. Это немалая сумма.

– Я понимаю. Можно ли получить отсрочку?

– Губернатор настаивает на немедленной выплате, - покачал головой Тарханов.
– Впрочем...
– он задумался.
– Есть способ решить проблему.

+ Какой же?
– с надеждой спросила Александра.

– Господин Стрельцов просил меня оказать на вас давление относительно продажи земель, - неожиданно признался городничий.
– Предлагал взятку. Весьма щедрую.

Александра замерла.

– И вы...?

– Я отказался, - твердо сказал Тарханов.
– Однако это навело меня на мысль, что ваши земли стоят гораздо больше, чем предлагает Стрельцов. Особенно западный участок.

– Почему именно он?
– заинтересовалась Александра.

– Ходят слухи, что там возможно строительство железной дороги. Если это правда, цена земли взлетит в десятки раз.

Глаза Александры загорелись. Вот оно что! Теперь понятно, почему Стрельцов так настойчив.

– Но откуда мне знать, правда ли это? И как долго ждать?

– У меня есть знакомый в губернской канцелярии, - сказал Тарханов.
– Могу навести справки. А что касается налогов... я могу дать отсрочку на три месяца. Под мою личную ответственность.

– Почему вы помогаете мне?
– прямо спросила Александра.

Городничий слегка улыбнулся.

– Я знал вашего мужа. Он был честным человеком. И... мне не нравятся методы Стрельцова. Он уже разорил нескольких помещиков в уезде.

После ухода Тарханова Александра осталась в задумчивости. Ситуация была сложной, но не безнадежной. Если информация о железной дороге подтвердится, можно будет продать землю за гораздо большие деньги или даже заложить под выгодный процент.

Вечером, уложив детей спать (что было для нее совершенно новым опытом), Александра вышла в сад. Ночное небо, усыпанное звездами, никогда не казалось ей таким ярким в Москве XXI века.