Шрифт:
– Да-да, именно это я и ляпнула. Позавидовала, – Виталина опустила глаза, а Данил… он на неё с благодарностью посмотрел.
Да вы издеваетесь! Я настолько на дуру похожа?
– А еще, – сказала Вита неуверенно, – еще ваш сын… я сделала вид что мне смешно из-за того что он меня мамой назвал, но это было больно!
– Виталина, тебе пора. Приятного вечера, – Данил сжал кулаки.
– Нет, подождите, я скажу, – всхлипнула Вита. – Моего ребёнка не вернуть, я понимаю. А ваш – он такой сладкий. Я очень давно не слышала слова «мама», и… о боже! Вы берегите своего мальчика. Быть мамой – великая ценность, жаль что я в своё время не ценила этот дар. Столько ошибок сделала фатальных, о которых теперь жалею. Но их уже не исправить. – сестра, будто ноги её ослабли, села за наш столик. – А можно мне иногда с вашим сыном общаться? Я бы приходила, гуляла с ним. Может так моя боль станет меньше? – Вита подняла на нас глаза полные слез, и сама покачала головой. – Ох, вы должно быть меня плаксой считаете. Странная просьба, понимаю. Но мне так не хватает моего малыша… так не хватает… вы подумайте над этим, хорошо? Я буду лучшей тётушкой на свете!
Данил в лице не переменился, но глаза его забегали, и муж едва заметно побледнел – психует.
А я… в ужасе. Именно сейчас, когда нужно сделать хоть что-то, я онемела, статуей застыла. В искренность слез Виты я не верю. Она играет на публику, а публика – это я. Больно хочет сделать, задеть, зацепить.
Но понимание меня не спасает. Вита добилась того, зачем явилась – сейчас она меня уничтожила.
– Ой, да что это я, – шмыгнула сестра носом. – Приперлась, вечер вам порчу. Сейчас уйду за свой столик. Только один вопрос: Дань, можешь мне по-семейному помочь с работой? У себя или у своих знакомых – лишь бы в этом районе. Вся жизнь кувырком, но умные люди говорят что работа помогает отвлечься. Сможешь мне помочь?
– Мы потом об этом поговорим, – кивнул Данил, отведя свой взгляд от меня. – Ничего обещать не могу.
– Я понимаю, и ничего не требую. Абсолютно ничего. Ладненько, пойду я, не буду вам мешать. Хорошего вечера. Вы такие красавчики, – пролепетала Вита и вдруг поцеловала меня в щеку, а затем хихикнула. – Прости, сестренка, я тебя немного испачкала. Всё, убегаю. Пока-пока.
Вита встала, развернулась и, стуча шпильками, пошла за свой столик.
Я тоже поднялась.
Закричу сейчас.
– Ты куда, Даш?
– Слышал же: Вита меня испачкала, – ткнула пальцем в щеку и передернулась от отвращения. – Пойду отмываться. Если получится.
Глава 8
ВИТА
Вошла в бизнес-центр, мило улыбнулась охраннику, показав свой паспорт.
Неплохое местечко!
Поднялась на второй этаж из четырех имеющихся. Данилу принадлежит половина этажа. Настроение чуть испортилось.
Даша умеет устраиваться в жизни! Бабку нашу окрутила, чтобы та квартиру ей оставила – не зря таких как моя сестра по телевизору показывают и ругают, облапошила старуху, продала квартиру и на эти деньги бизнес открыла. На немалые деньги! И с этих денег Дане помогла поначалу.
А если бы поровну наследство поделили, как положено? Я бы тоже бизнесом занялась, будь у меня первоначальный капитал. Купила бы франшизу, открыла магазин одежды в козырном месте, и шиковала.
Но я не шикую. Жирует Дашка: и у самой денег куры не клюют, и у муж тоже. А я в пролете.
Улыбайся, но не лыбься, – вспомнила совет Полины, и расслабила плечи. – Не угрожай, а проси. Будь по-женски слабой, но не жалким ничтожеством…
Я прокручивала советы старшей сестры, стоя перед дверью. Полька много полезного сказала, не забыть бы ничего.
Вошла. Свернула вправо, и улыбнулась худощавому парнишке. Это секретарь Дани? Ха, а где мини-юбка?
– Здравствуйте. Я к Данилу, – блин, а какое у Дани отчество, – эм-м… к Данилу Александровичу, – сказала, надеясь что вспомнила верно. – Мне не назначено, но я родственница. Может, примет меня.
– Дарья Алексеевна, конечно же…
– Я не она, – перебила, подарив парнишке еще одну ослепительную улыбку. – Я сестра Дарьи Алексеевны. Виталина. Тоже Алексеевна.
– Одну минуту. Вы пока можете присесть, – парень указал мне на диванчик.
Думала, Данил примет меня сразу. Когда его помощник входил в кабинет, я успела увидеть что Даня там один, без клиентов. Но мне пришлось ждать.
Целых сорок минут!
Данил вышел сам. Взглянул на меня хмуро, и кивнул. Проходи, мол.
– Привет, – шепнула и робко улыбнулась.
– Виталина, – начал он, едва дверь за нами закрылась.
– Стой! Я тебя не преследую, Дань, – перебила. – Вчера в ресторане встреча была случайной. Дашка мне про «Себастьян» говорила, хвалила, вот я и решила там вечер провести.
– Допустим, – кивнул он, выражение лица нечитаемое, не понимаю верит он мне или нет. – А про ребёнка ты зачем весь этот бред говорила? И кому – Даше! Вита, мать твою, ты в игры со мной играть вздумала?
– Я… я же не рассказала ничего! Я бы никогда, ты что! Просто мне, правда, плохо. Очень плохо, Дань.
– А кто тебе виноват?
– Только я сама. Но у меня послеродовая депрессия была, вот и натворила. А обратно не отмотать. Может… Дань, – прижала ладони к груди, нервно губы облизала, – прошу, можно мне хоть иногда с Ильей видеться? Забудь всё что я у тебя дома говорила, это на эмоциях было. Я просто хочу хоть иногда с ним время проводить. Только как тётя. Иначе я с ума сойду от горя. Я же всё время о нём думаю, пытаюсь отвлечься, и никак не получается. Прошу тебя! Не отвечай сейчас, подумай.