Вместо этого он перехватил мои холодные пальцы и переплёл со своими.

– Да, к сожалению, нам уже пора, – поддержал меня Садальский. – Вашей благодетельнице нужен отдых, перед сложной работой, которую предстоит выполнить, – сжал мою руку так, что в глазах потемнело от боли.

Попрощавшись с детьми и заведующей, пошли в сторону машины. Теперь я себя не сдерживала, и слёзы тонкими струйками текли по щекам.

Не могла поверить, что это всё происходит со мной. Что это не кадры из триллера, а моя жизнь. Господи! Ещё несколько дней назад всё было хорошо. Легко и спокойно. А сейчас хотелось биться головой о стену. В страшном сне не приснится всё то, что сейчас происходит наяву.

– Ну, вот видишь? Ты отлично справилась. Все довольны: и дети, и я, – проговорил Садальский, когда мы сидели в машине.

– Как я тебя ненавижу, – шептала в ярости. Как таких только земля носит.

– Думаешь, меня это беспокоит? – завёл мотор и стал выруливать на дорогу, явно не переживая о моём состоянии. Таким, как он, всегда и на всех наплевать. Их интересует лишь собственная выгода.

Через полчаса мы вернулись в дом этого тирана. Взаперти меня больше не держали, и я могла свободно передвигаться по особняку. Но мне было всё безразлично, хотелось побыть одной в комнате и ненадолго дать отдохнуть собственному мозгу, который едва выдерживал происходящее. На какое-то время мне даже удалось это сделать, пока в комнату не вошла горничная.

– Алина, – прошептала она, дотронувшись до моего плеча. Я приоткрыла глаза, и мой разум снова пронзило понимание, что я не дома, а в плену у врага собственного мужа, который решил использовать меня в своей грязной игре. – Вас зовёт хозяин. Он ждёт у себя в кабинете. Быстрее…

– Пусть ждёт, – снова опустила веки, не намереваясь выполнять его просьбу. Ничего хорошего он мне не скажет, это факт, а с меня и так достаточно того дерьма, что уже произошло. Пусть катится к чертям!

– Хозяин будет в ярости. Вставайте. Не нужно его злить, – не отставала от меня, пытаясь переубедить. – Вы не знаете, на что он способен.

– Плевать, – не отступала я. Возможно, смерть действительно будет лучшим решением. Пусть режут на части, не сдвинусь с места.

– Если я вас не приведу через пять минут, то у меня будут проблемы, – всхлипнула она, заставляя меня открыть глаза.

Да что же я за дура такая. Сама готова умереть, а другим смерти не желаю. И так всякий раз, когда кто-то оказывается в беде, готова подвергнуть себя риску, лишь бы спасти других.

– Сжальтесь, – добила меня женщина, которая явно боялась своего хозяина до смерти.

Встала с кровати, прогоняя сонливость. Посмотрела на перепуганную женщину и кивнула ей. С ранних лет мне тяжело смотреть на чужие слезы. Всякий раз моё сердце сжималось в тугой узел от чьей-то боли, заставляя уступать.

– Веди, – выдохнула я, морально готовясь к встрече с человеком, который готовит для меня ужасное испытание.

Как представлю, что мне придётся переспать со Стасом, сердце начинает биться в грудь, как отбойный молоток. Хоть это и был мой любимый, и в своих мечтах я тайно грезила о повторении той единственной с ним ночи, но умом понимала: Стас меня ненавидит. По собственной воле не станет этого делать, а значит, меня ждёт что-то страшное. Что придумал Садальский, я не знала, и очень надеялась, что у него ничего не получится. Его затея мне казалась, какой-то нереальной. Такое могло быть только в кино, а не в реальной жизни.

Войдя в просторный кабинет Марка, не глядя на него присела в кресло, которое располагалось возле огромного по величине стола. Кабинет был просторный и выполнен в тёмных мрачных тонах. На огромных окнах висели тяжелые портьеры в тон мебели, придавая ещё более устрашающий вид помещению. Всё говорило о том, что хозяин явно не бедствует. Так зачем ему ещё и это проклятое наследство?

Садальский, убирая бумаги в стол, смотрел на меня исподлобья и ухмылялся.

– Ну что, птичка? Готова сменить клетку? – пробасил он, поднимаясь со своего места.

Медленно прошёл в сторону бара и откупорил бутылку виски. Плеснув янтарную жидкость по двум стаканам, вернулся ко мне.

– Выпей, тебе необходимо расслабиться, – протянул один мне. – Выглядишь, мягко говоря, не очень. У меня на тебя не стоит, а это хреново…

– Я не пью, – сухо ответила, не глядя на его руку и едва сдерживая ярость.

Я действительно не пила спиртное. А уж пить из рук этого подонка не собиралась и подавно.

В данный момент меня неимоверно раздражал этот ублюдок, открыто издевающийся надо мной. Ведёт себя как скотина, привыкшая обращаться с женщинами неподобающим образом. Пусть я дала согласие на участие в его афере, но не позволю обращаться с собой как с гулящей девкой. – И попрошу не равнять меня со своими шлюхами.

– Как раз это мне и нужно. Ты станешь ею, – проговорил он тоном, не терпящим возражения.

Оттолкнув его руку, ошалело посмотрела на него. Что он несёт? Совсем крыша поехала?

– Тебе точно лечиться нужно, сумасшедший ублюдок, – негромко проговорила, сглатывая.

Всем телом содрогнулась от его больной фантазии.

Сделав глоток виски, оскалился, присаживаясь напротив меня.

– Закончила? А теперь слушай меня. Завтра едешь в бордель, – сказал он грубо, крутя в руках стакан. – В тот, где частым гостем бывает твой пасынок. Твоя задача – оказаться среди его постоянных шлюх, – вбивал в меня каждое своё слово, заставляя испытать панический ужас.