Шрифт:
– А я вам ничего объяснять не обязана.
Разворачивается, уходит.
И куда?
Как девушку одну ночью отпускать?
– Вселенная, я знак просил, а не проблем… – Обреченно воздаю руки к небесам.
Иду за ведьмой.
– Куда вам?
– Не ваше дело.
– Это я уже слышал. Я на машине, подброшу.
– Меня мама учила к незнакомым дядям в машину не садиться.
– Что ж мама вас тогда не научила не болтаться, как мартышка, на перилах моста высотой тридцать метров?
Останавливаю её за локоть.
Дёргается, вжимая голову в плечи. Закрывает лицо руками. А пальчики тонкие дрожат.
Нездоровая фигня…
– Эй, ладно, не трогаю. – Вскидываю руки, открывая ладони, как бы говоря, что я безопасен. – Давайте подброшу, и разойдёмся на этом.
Смотрит в одну точку перед собой.
– Не могу я. Не надо.
– Что значит, не можете? Хотите, я вам документы покажу? Я в органах работаю…
– А что, в органах плохих людей не бывает? – С ироничным смешком.
Вот прям в точку. Только это не самое подходящее время, чтобы по моим триггерам наждаком елозить.
– Идите за машиной. – Кивает она в сторону.
– Дождётесь?
Снова кивает.
Быстрым шагом иду к тачке, сажусь, а когда выворачиваю на встречку, успеваю заметить только мелькающий силуэт и развивающиеся, как языки пламени, рыжие волосы.
Убегает сумасшедшая ведьма так, что пятки сверкают, и стоило бы облегчённо выдохнуть, но отчего-то мне тревожно внутри.
Догонять – хуже только сделаю. Напугаю. Не догонять – вляпается во что-нибудь.
Вытаскиваю из кармана пятирублёвую монету, подкидываю.
Орёл – догоняю, решка – домой.
И мне почему-то хочется, чтобы выпал орёл.
Монета крутится, отражая рёбрами свет фонарей.
С хлопком ловлю на ладони, переворачиваю.
Решка.
Ладно, понял. Не тупой.
Жму по газам. Ещё пару кругов по городу и спать.
Вселенная, дай же мне какой-нибудь знак…
Глава 2
Лета.
В привокзальной забегаловке сажусь за столик, скрытый от глаз посторонних. Подальше от света ламп и случайных взглядов. Хотя в такое позднее время здесь и так никого – только я и молодая девушка за кассой.
А ещё здесь нет камер. Я это знаю, потому что не первый раз сюда заглядываю. Поэтому мне безопасно.
Беру горячий пирожок с капустой, чай. Уплетаю свой незатейливый ужин.
Я пропустила все электрички. Время – три, и до ближайшей ждать целых два с половиной часа.
А баба Тася, старая моя кикимора, тем временем уже наверняка кипятит воду, чтобы сварить меня и сожрать прямо с потрохами, поэтому надо скорей домой возвращаться. Хотя «домой» – это очень громко сказано.
Нет у меня больше ни дома, ни семьи. И это больно, когда ты вдруг оказываешься один одинёшенек против целого мира.
Разделавшись с пирожком, снимаю куртку. Сворачиваю в несколько раз, укладываюсь на неё головой.
Я просто полежу. Устала.
С мостом хорошая была идея. На мгновение я почувствовала эту самую жизнь: шум крови в ушах, биение сердца, щекочущее в солнечном сплетении тепло. И что в теле моём ещё есть душа, а не один лишь страх. Тот, что сжимает острыми когтями горло и мешает дышать. Тот, что приходит во снах в образе хорошо знакомом и когда-то даже…любимом. А теперь до дрожи ненавистном.
Надо будет попробовать снова, да.
Сегодняшняя моя вылазка в город оказалась совершенно бессмысленной тратой времени. Всё из-за этого придурошного, который решил на мне попрактиковаться в рыцарстве.
Разве я была похожа на даму в беде?
Девушка, застывшая над пропастью – это ситуация, требующая вмешательства посторонних? А если бы на моём месте был кто-то, кому действительно нужна помощь, хотела бы я, чтобы этот человек поступил так, как поступил?
Да, наверное… – С раскаянием прикусываю губу клыком.
Но я-то не собиралась прыгать. Я слишком люблю жизнь, даже вот такую новую её ипостась, не слишком ласковую и дружелюбную.
Однако откуда же ему было это знать? Нормальные люди обычно выбирают более социально-одобряемые способы проведения досуга.
Зря я с ним так… Он показался мне хорошим.
Хотя у плохих людей нет ярлыка на лбу. Максим тоже…казался хорошим.
«Когда кажется – креститься надо», – сказала бы баба Тася.
Незаметно для себя засыпаю.
Просыпаюсь от того, что толкают меня в плечо осторожно. Шепчут что-то. И мне кажется, это мама.