Хотя сама виновата. Дура! То и дело грозила всем судом, а сама мысли не допускала, что меня может постичь та же кара.

Да кому я нужна мелкая сошка? Что с меня взять? Последние штаны снимут и фотоаппарат отберут? Для меня, конечно, огромная потеря, а вот для воротил шоу-бизнеса это ничто!

Я так вошла в раж и упивалась своими мелкими кознями, что забыла включить мозг. Мне даже в голову не пришло, что Соболев опустится до шантажа. Хотя почему нет, он же подлый гад! Я не боялась потерять работу, обнадежённая словами редактора, что все эти «уволь ее, я так хочу» – игры мажоров и после того как избалованная детка топнет ногой, ничего действительно серьезного не последует.

«Вика, о чем ты думала?» - ворчало сознание.

Точно не об уголовном кодексе!

Я так часто вторгалась в чужую жизнь, что прекрасно знала о какой именно статье говорил Андрей. За нарушение статья 137 мне грозило выплатить штраф; принудительные работы; запрет заниматься деятельностью, пользуясь служебным положением которой я распространяла личную информацию о Соболеве; лишение свободы.

Два последних пункта пугали больше всего. Что я буду делать, если не смогу работать фотографом?

«Сидеть в тюрьме, Вика. Там нечего фотографировать», - ехидничало сознание.

Нет уж, так просто я не сдамся! Но что же делать?

Спотыкаясь, бросилась через весь зал к Соболеву. Конечно, это унизительно, что я как ручная собачка кружила вокруг него, путаясь под ногами, но страх оказаться за решеткой был сильней чувства собственного достоинства.

– Андрей, ты же несерьезно?
–  нервно улыбалась, стараясь выглядеть уверенной и бесстрашной. Но кого я обманываю? Я была жалкой.

– Еще как серьезно, - упивался победой, и продолжал пить шампанское. Как издевка!

Я тоже схватила бокал с подноса проходящего мимо официанта и осушила залпом – надо было успокоить нервы. Судя по изумленному взгляду Андрея, его это впечатлило. Теперь решит, что я алкоголичка. Да какая разница, что он подумает!

– Андрей, ну какая рабыня?- продолжала канючить.
–  Посмеялись и хватит.

– Викуля, я еще не начинал смеяться, - практически не обращал на меня внимания, приветствуя кивком, улыбкой или жестом руки знакомых, проплывающих мимо.
–  Ты вдоволь повеселилась, настала моя очередь.

– Не будь сволочью!
–  не выдержала, когда поняла, что он не уступит, и с садистским наслаждением будет глумиться надо мной.

– А ты – мстительной стервой!
–  доброжелательная улыбка слетела с его лица, и я всецело завладела его вниманием.
–  За всё в этой жизни надо платить, Вик.

Андрея позвала какая-то компанию, и он с большим удовольствием воспользовался возможностью избавиться от моего общества. Но я не собиралась так легко сдаваться, увела у официанта еще бокал шампанского и неотступно следовала за Соболевым.

– К чему всё это, ведь ничего же ужасного не произошло?
–  жужжала у него над ухом.

– Это ты моей матери скажи, - сердито процедил.

– Что?
–  я растерялась, не понимая, о чем он говорит. Мать-то его тут причем?

– Забудь, - отмахнулся от меня как от назойливой мухи.
–  Проваливай.
–  Я уже обрадовалась, наивно полагая, что Соболев наигрался и жестокая шутка окончена, но он будто спиной почувствовав мое облегчение, строго добавил: - До завтрашнего дня.

– А что будет завтра? – подала я безжизненный голос, по-настоящему пугаясь будущего.

Андрей резко повернулся ко мне, и я чуть не пролила шампанское на его костюм. Думала, сейчас обвинит меня в неуклюжести, но он даже не рассердился – наверное, наслаждался фантазиями о моей будущей экзекуции.

– Много чего интересного, - его плотоядный взгляд и самодовольная улыбка не обещали ничего хорошего.

– Да ты просто психопат ….

– Согласен!
–  раздался рядом мужской голос.

На лице Андрея появилось плохо скрываемое раздражение, стоило только встретиться взглядом с кем-то за моей спиной. Думала, что подобным образом портить настроение Андрею способно только я, но у меня появился конкурент. Не без любопытства я обернулась, чтобы увидеть его: развязный блондин, разодетый как поп-звезда. Не мужчина, а секс-идол с обложки журнала.

– Советовал бы держаться от него подальше, - продолжил тот, обращаясь ко мне.

– Что ж ты сам не следуешь собственным советам?
–  Андрей скрыл презрение за насмешливой улыбкой.

И дураку ясно, что между этими двумя конфликт или некое противостояние, но меня в данный момент волновала моя собственная жизнь, и я не собиралась тратить время на светские беседы.

Незнакомец ни только не постеснялся бесстыдно подслушивать разговор, но и бесцеремонно вмешался в него, так что и я не посчитала нужным вести себя вежливо.