– Дорогая, ты ложиться собираешься? – тороплю я стесняшку.

– А? Да! Сейчас!

Лена гасит свет и ложится на самый краешек, естественно, подальше от меня! И отворачивается!

Так не пойдет! Как мы с ней сексом будем заниматься? Через заслонку?

Придвигаюсь ближе, уверенно обнимаю ее за бочек, прижимаюсь пахом к ее попке. Трусь им, устраиваясь удобнее, утыкаюсь лицом в ее волосы, вкусно пахнущие шампунем, и облегченно вздыхаю. Охренительно! Так можно и перезимовать!

Отрубаюсь моментально! Сплю без сновидений!

А вот просыпаюсь беспокойно, от жуткого стояка! Вздыхаю, поворачиваясь на бок, и меня окутывает сладким женским запахом. Откуда в моей постели такой дивный, яркий и чувственный аромат? Отголосок сна?

 Спросонья не сразу соображаю, где нахожусь. Потом до меня доходит, где я, кто я, и куда, в какую сторону своим стояком тыкаться.

Нащупываю на тумбочке свой мобильник, смотрю на время. Есть еще минут двадцать у меня. У нас обоих.

– Лен, – шепчу я в ухо Овечкиной.

Та испуганно подрывается на постели, как будто тоже понять не может, что происходит. Забыла, что мужик в доме появился? И такое бывает!

– Лен, я минетик хочу! – еле сдерживая улыбку, продолжаю я шептать своей новоиспеченной женушке.

– Что? – моментально просыпается та и натягивает на себя одеяло, чтобы прикрыться от моего любопытного взгляда. – Ты с ума сошел? Прямо сейчас?

– Да, милая, давай! Хочу твой сладкий ротик, сил уже нет!

Беру ее за шейку и начинаю тыкать лицом в свой возбужденный пах. Булочка сонно мнется, но не долго. Тянется рукой к резинке моих трусов. У меня от предвкушения все там задергалось, зашевелилось.

 Лена становится на колени между моих ног и стягивает с меня трусы. Вот, умница! Вот это другое дело! Она отбрасывает волосы за спину и уже без подсказок берет мой член в рот!

Уф! Я не могу сдержать стон блаженства. Сосет, Булочка, все так же потрясающе хреново, но сегодня я бы поставил ей пятерку за старание! Носик свой курносый уже не воротит!

– Полижи яички! – накидываю я ей по ходу дела. – Умница, Лена! Смелее! – подбадриваю я ее, когда она послушно выполняет мою просьбу, приводя меня этим в еще больший экстаз.

Тянусь руками к ее груди, просовываю ладони под кружево сорочки и начинаю играться с титями с еще большим удовольствием. В следующий раз мой член непременно побывает между ними, в этой сладкой ложбинке! Вот, где будет зрелище!

По утрам я кончаю быстро, поэтому Булочка справилась еще до того, как прозвенел мой будильник. И ее тоже. Даже хорошо, что мы будем просыпаться одновременно.

Женщина проглатывает мою сперму, как я ее учил, и тут же убегает в ванную, стыдливо прикрывая сорочкой и руками грудь. Дурочка!

Шикарное начало дня!

Овечкина в ванной торчала довольно долго. Я уже начал беспокоиться, не случилось ли чего. Ревет опять? Я вроде сегодня не грубил?

 Но нет, вышла уже нафуфыренная с прической и макияжем. Можно и мне себя в порядок привести.

– Богдан, ты завтракаешь? – окликнула меня Лена из кухни.

– Да, дорогая, кашу свари, пожалуйста, овсяную! И себе тоже! И обед мне с собой собери! У меня денег нет на ресторан! – бросил я ей и отправился в душ.

Бля, зашибись я устроился! Елена Павловна меня еще и до офиса подбросит? Нам же в одну сторону?

Пока моя женушка кашеварила, я открыл холодильник, инспектируя содержимое. У нас же раздельное питание теперь? Я быстро пораскидал все, что было внутри, по полкам и подозвал худеющую хозяйку к холодильнику.

– Вот, Булочка, смотри! Это моя полка, – показываю я на верхнюю. Туда я сложил все самое вкусное и калорийное. – А это твоя! – опускаюсь ниже. Так уж вышло, что остался на ней кусочек сыра, яйца и огурец. – Смотри, не перепутай!

– Не перепутаю, – прошипела со злостью Лена. – Если с голоду не сдохну!

– Не сдохнешь! Не волнуйся! Я сегодня напишу тебе, что мне варить, а что тебе.

– За меня не волнуйся, милый! – все так же злобно сказала женщина. – Сама разберусь!

– Просто я шарю за диету, – развел я руками. – Могу помочь!

Лена ничего не ответила и наложила нам с ней каши.

Завтракали мы молча. Булочка злилась, я кайфовал!

 На работу ехали так же. Радио слушали.

– Иди ты первый, – сказала мне Овечкина, когда мы припарковались у офисного здания.