– Приведи её, – вдруг сказал он бархатным голосом и стукнул в хлипкую перегородку. Очевидно, первой части предложения она просто не услышала. – Приходи, выдрочка. Посмотришь, как я на гитаре играю.

Вопрос о том, с кем он говорил, отпал сам собой, когда перед её глазами появилась рыжеволосая длинноногая Джейн.

– Ну, ты даешь! В тихом омуте… – Красотка протянула руку и помогла Маргарет подняться. – Мы все обычно собираемся у Рончика дома, там весело и вполне прилично. Пойдешь? – она надула пузырь из розовой жвачки, и он с громким хлопком лопнул.

Маргарет плохо знала Джейн, они почти не общались, но упустить возможность еще раз посмотреть на объект своей влюбленности (а, по всем признакам, это была именно она) не могла. Да хотя бы с научной точки зрения! Главное – родителям пока не сообщать о подобных экспериментах.

– Пойду. Только переодеться надо, – неуверенно произнесла Маргарет и опустила взгляд на свои лакированные лодочки, черные с белым носами.

– Вот и посмотрим, чем в твоем первоклассном гардеробе можно поживиться. – Она буквально источала сарказм

Она улыбнулась ярко накрашенными губами (Маргарет даже не знала, что такой вульгарный оранжевый оттенок существует) и снова надула пузырь. Хлопок прозвучал в унисон с грозным окриком управляющей;

– Что тут у нас?! – Долорес Вальбург была похожа на жену булочника, которая усиленно помогала ему справляться с просрочкой. И платья розовых оттенков совершенно не улучшали ситуацию. – Я не поняла! У вас что, работы нет?!

Девушки, как по команде, развернулись и побежали в уже переполненный зал, сверяясь со своими записями.

На улице, как и в душе у Маргарет, не было ни облачка, что было редкостью для британского города, и многие клиенты разошлись, чтобы попринимать солнечные ванны. Это дало девушкам возможность отпроситься пораньше и на такси доехать до уютного, гостеприимного дома Грейсонов.

Джейн аж присвистнула, когда осматривала гостиную и примыкающую к ней столовую .

– А зачем, ты говорила, ты торчишь в нашей забегаловке? – спросила она и посмотрела на Маргарет, которая неловко улыбнулась.

К ней никогда не заходили подружки – собственно, их и не было. Маргарет сначала стремилась оказать всем непосильную поддержку буквально в любом начинании, касалось ли это учебы или хобби, но это мало кто ценил. Потом она и сама выбрала вполне безопасный путь для морального состояния – одиночество. Только иногда она перебрасывалась парой слов с заносчивым Вуди и снова погружалась в мир книг и знаний.

– Я не говорила. Пойдем наверх.

– Значит, твои родители – стоматологи? – спросила Джейн, поднимаясь по лестнице с резными перилами.

– У них своя клиника, – подтвердила Маргарет. Она долго могла отвечать на вопросы, но впервые в жизни боялась задать свой.

– Кажется, я знаю, на кого пойду учиться в городской колледж, – кивнула гостья и вдруг внимательно посмотрела на отражение Маргарет, которая как раз стояла возле высокого платяного шкафа в светло-голубой комнате. – Неужели про Мэсса ничего спросить не хочешь?

Маргарет открыла шкаф, взглядом перебирая наряды, аккуратно развешанные на вешалках, так же, как в уме перебирала сотни вопросов о Мэссе. В итоге она выбрала самый безопасный вопрос и под стать ему платье – синее в белый горошек, из легкой ткани с расклешенной юбкой ниже колен.

– Как его зовут?

– Брайан, – почти не осознавая происходящего, произнесла Джейн, не отрывая жадного взгляда от дорогих тканей.

– Хочешь примерить? – увидев её реакцию, спросила Маргарет.

Джейн радостно хлопнула в ладоши и уже смелее подошла к гардеробной.

– Спрашиваешь! Это высший класс, детка!

В следующий час она примеряла наряды известных английских дизайнеров, демонстрируя высокую грудь и длинные ноги (Маргарет такими похвастаться не могла), и рассказывала о Брайане.

Из того, что Маргарет узнала о нем, она поняла две вещи: нужно держаться от него подальше, и он очень не понравится её отцу. Но чувство опасности, которое вызывал в себе этот парень, манило Маргарет, и она не стала ему сопротивляться.

Выбор одежды был сделан, макияж нанесен, и вот обе девушки в предвкушении предстоящего праздника уселись на заднее сиденье кэба и принялись смотреть в окно.

Душа

Маргарет устремилась к чему-то новому, неизведанному и оттого еще больше желанному. Ощущение было такое, будто она держит в руках новую книгу, еще не зная, что принесет ей эта история. Ей всегда хотелось в жизни волшебства и приключений, но она привыкла только читать об этом и представлять себя боевой подругой великого волшебника или пирата. И вот теперь она, наконец, станет уже не наблюдателем, а главным персонажем.