Шрифт:
А я не могу ничего сказать. Мне настолько страшно и мерзко, что онемело всё тело, язык в том числе. Сбросить паралич страха удается далеко не сразу, тихо пищу:
– Не надо мне никаких секретов…
– Кто тебя спрашивает! – усмехается он и сверкает глазами. – Такую недотрогу из себя в гостишке строила… Обалдеть… Но Владу дала! Раз ему дала, мне тоже дашь!
Сказав это, идет прямиком на меня, и тут наконец-то прихожу в себя, словно трезвею.
– Ничего я тебе не дам!
Пытаюсь проскочить в спальню и запереть дверь. Но маневр не удается, урод ловит меня в дверном проеме, пихает в комнату.
– Не дашь, так сам возьму! Влад же мою Светку взял!
Пропускаю его слова мимо ушей.
– Влад скоро придет!
– Хватит пиздеть! Сама сказала, работает допоздна! К тому же много времени не понадобится…
– А-а-а… – пытаюсь закричать, но он резко хватает меня, затыкает рот ладонью.
И так ужасно давит, что вместо крика наружу вырывается лишь жалкий писк. Крик звучит криком только в моей голове. И от этого чувствую себя еще более беспомощной. Пытаюсь изо всех сил отодрать его руку от своего лица, но ничего не выходит, он очень сильный!
– Кричи, Лиза! Кричи!
Он тащит меня на середину комнаты, свободной рукой сдирает халат, а под халатом только трусики, крохотные и прозрачные. Урод отшвыривает мою одежду подальше и довольно шепчет:
– Ты обалденная…
И после этого пихает меня на кровать.
Не успеваю даже отползти, как он ложится сверху, разом вышибая из меня весь воздух. Теперь он кажется не просто огромным, а настоящим слоном – до такой степени тяжело под его весом. Влад тоже огромный, не зря прозвала его Великаном, но когда он ложится сверху, мне никогда не бывает больно – любимый всегда осторожен. Этому, видно, всё равно. Хотя, возможно, специально так делает, чтобы из-под него не выкручивалась.
Я снова пытаюсь кричать, и он снова затыкает мне рот. Только на этот раз еще и нос закрывает. И тут понимаю – прошлый испуг ничто в сравнении с теперешним лютым ужасом. Бьюсь под этим уродом, задыхаюсь, и он наконец дает вздохнуть.
– Лежи спокойно! – требовательно шепчет на ухо. – Тогда не пострадаешь!
После этого кричать уже не пытаюсь. Упираю руки ему в грудь, но от моей попытки отстраниться нет никакого толку. А он тем временем шарит по мне своими мерзкими руками, хочет раздвинуть ноги.
«Всё, это конец, как бы дальше ни повернулось, Влад не простит…»
Если человек приходит в бешенство оттого, что я просто улыбаюсь другому мужчине, такого принять не сможет. Влад слишком большой собственник!
В этот самый момент слышу у дверей какой-то звук, оборачиваюсь…
– Влад! – шепчу его имя на выдохе.
В глазах как по команде появляются слезы облегчения.
Глава 22. Преступление и наказание
Тогда же:
Лиза
Урод-насильник даже не успевает сам с меня слезть. Влад его стаскивает, крепко ухватив за шею, и тут же волочет к выходу. Едва освобождаюсь от тяжелого тела, зарываюсь в одеяло – очень хочется спрятаться, прикрыться.
Тут замечаю, как в дверном проеме показываются головы Марии Олеговны и Виктора Станиславовича.
«А вы-то тут откуда?!» – хочу закричать.
Причем смотрят как-то странно, будто я совершила самый страшный грех в мире. Неужели подумали, что я…
«Нет, нет, нет…»
Этого не может быть! Они ведь неглупые! Они же меня знают!
А давно ли знают? Еще каких-то несколько недель назад приняли не слишком радужно.
«Влад им всё объяснит! Он-то должен понять!»
Слышу из прихожей грохот и звуки ударов, потом ор Влада и его отца.
Спрыгиваю с кровати и спешу к шкафу за одеждой.
Тогда же:
Влад
– Отцепись от парня! – врезается в уши ор отца. – Прибьешь!
Батя пытается оттащить меня от этой мрази, а я всё продолжаю лупить по уродливой физиономии.
– В моем доме, тварь! В моей постели!..
Эти слова разъедают изнутри, но, выкрикнув их, не чувствую себя хоть сколь-нибудь лучше. Вминаю кулак Морозову в челюсть и не могу развидеть картину, где он лежит на моей Лизе. Моей!
– Отпусти, я сказал! – снова орет отец.
Чувствую его руки на своих плечах. Он обхватывает меня и в буквальном смысле оттаскивает. Батя хоть и в возрасте, а силы в нем – будь здоров, еще молодым даст фору.