Когда Ник собрался в уборную, Дерек предложил составить ему компанию, но юноша отказался: ему никогда не удавалось облегчиться, когда на него кто-то смотрел. Элегантная роскошь туалета потрясла Ника. Комната была выложена блестящим темным мрамором, над стильными раковинами висели миниатюрные галогенные светильники, заставляя стекла сверкать. Полотенца были из настоящего льна. Ник мыл руки, когда заметил в зеркале отражение вошедшего Дамиана. Фотограф запер дверь за собой, и улыбка сползла с лица юноши.

Глаза Дамиана опасно сверкнули, когда Ник вопросительно посмотрел на него. Фотограф встал позади мальчика и запустил руки тому под рубашку, поглаживая нежную кожу.

– Мне не нравится, как люди смотрят на тебя, малыш. Я собираюсь поставить свою отметку на тебе, - прорычал Дамиан.

– А? – не слишком умно переспросил Ник. Он был совершенно не готов к такой ревности. – Никто на меня не смотрит.

– Заткнись. Сними брюки. Я собираюсь пометить тебя, как свою собственность.

Ник пискнул и вцепился в свой ремень, борясь с Дамианом за обладание.

– Здесь? Все же услышат. Они все поймут!

– Я хочу, чтобы они поняли, - прохрипел Дамиан, побеждая в борьбе за ремень, что само собой было неизбежно.

– Лондон! – судорожно выдохнул Ник. – Лондон!

Дамиан остановился, с глаз его будто пелена спала, когда он увидел, в каком ужасе был Ник. Немного помедлив, мужчина притянул юношу в объятия.

– Прости, детка, я не хотел тебя напугать. Я думал, тебе понравится. – Он сочувственно погладил Ника по спине; сердце мальчика, тесно прижавшегося к его груди, бешено колотилось. – Ты весь дрожишь. Не волнуйся. Я не буду этого делать.

Ник слабо усмехнулся и отодвинулся, чтобы заглянуть Дамиану в глаза.

– Кажется, вам можно верить.

Дамиан приподнял его подбородок.

– Можно. Это было не самой блестящей моей идеей, но если ты на собственном опыте убедился, что мне можно доверять, это все было не впустую.

Ник улыбнулся и тихо спросил:

– Люди, правда, на меня смотрят?

– Они не просто смотрят; они тебя хотят, - прорычал Дамиан, волна гнева снова накатила при мысли, что кто-то отберет у него его мальчика.

– И вы хотите пометить меня? – спросил Ник, наклоняя голову к плечу и провокационно улыбаясь.

Дамиан был потрясен: его мальчик дразнил его?

– Давай не будем забывать, кто тут главный, малыш, - пригрозил он.

– Я просто подумал, что вы можете отметить меня по-другому, - пояснил Ник. – Поставьте мне засос.

Дамиан уставился на него и расхохотался.

– Что за маленький… Я поставлю, просто, чтоб проучить. Будешь знать, как воровать мои идеи, плут.

Ник захихикал.

– Плут? Это что, проверенное временем звание для саба?

– Нет, но ты – плут, - припечатал Дамиан. Он притянул Ника ближе, расстегнул рубашку и развел полы, а затем развернул мальчика лицом к зеркалу и прижал к своей груди. – Ты мой плут, и я не дам тебе об этом забыть.

Ник заворожено смотрел, как ладони Дамиана ревниво скользят по его телу, складываются лодочкой, обхватывая пах, поднимаются вверх и многозначительно дергают ошейник, больше не скрытый рубашкой.

– Мой, - прорычал Дамиан.

Он ущипнул соски Ника, наклоняясь, чтобы прикусить нежную кожу над ошейником. Фотограф принялся яростно сосать, оставляя отметину, которая продержится несколько дней. Закончив, он поднял голову, чтобы рассмотреть в зеркале красный влажный укус, отмечая затуманенные глаза и приоткрытые губы Ника, его прерывистое дыхание.

Дамиан развернул мальчика в своих руках и прикусил кожу на груди чуть выше правого соска.

– Вот теперь на тебе мой знак. И все люди там за дверью поймут это. Возвращайся за стол, как застегнешься. – На этом он схватил мальчика за волосы, притянул ближе и впился в его рот, чуть не до синяков, не столько даря поцелуй, сколько требуя свое. После этого он ушел.

Ник в трансе посмотрел вслед Дамиану, пытаясь понять, что же произошло сейчас между ними. Безусловно, это было интересно. И он почувствовал бесконечное облегчение, увидев, что смог остановить Дамиана, всего лишь использовав стоп-слово.

Он застегнул рубашку, отметив, что засос, оставленный Дамианом на шее, выглядывает из-за воротника. Ник поднес палец к опухшим губам, удивляясь, что может вызвать такую страсть и такую ревность.

Дамиан вернулся за стол с хищной ухмылкой на лице, которая насторожила Эшли. Его так увлекло наблюдение за Дамианом-доминантом, вышедшим поиграть, что он даже ни разу не поругался с Дереком, пока они оставались одни за столом.