Шрифт:
– А тебе?
– Мне жалко!
– Раз тебе жалко, так чего ж ты их не кормишь уже неделю? – Марк припечатал Вальку самым укоризненным взглядом из своего арсенала. – Больницу свою забросил, Петрович за тебя твои смены работает! А у него, между прочим, молодая жена с ребенком. По твоей милости, кстати, это ж ты ей тогда позвонил.
Пристыженный Валька повесил голову, спрятав горящие щеки.
– Прости, мне жаль… не знаю, что на меня нашло.
– Я не злюсь на тебя, но тебе нужно возвращаться, Валь. Ты ведь и сам понимаешь, что это дорога в никуда.
– Да, я понимаю, я завтра Петровичу позвоню…
– Нет, Валь, я уже позвонил, у тебя сегодня ночная смена. – Валька вскинул на него округлившиеся от шока глаза. – Так что делай физраствор ее котам, дай слабительное ей самой, чтобы она от*балась от нас еще на неделю, и вечером я отвезу тебя на работу.
– Остановите планету, я сойду… Ты кто? Где мой Марк?!
– Твой Марк поумнел.
Марк помог ошеломленному Вальке одеться и вытолкнул из ванной.
Глава 2
Дверной замок несколько раз провернулся и открылся, в прихожую под внимательным взглядом Марка зашел Валька и, бросив свою сумку прямо там, где стоял, плюхнулся на лавочку рядом с дверью, устало откинувшись на стену.
– Хорошо, что завтра выходной… – глухо протянул Валька.
– Как прошел день? – Марк закрыл ноутбук, за которым работал, и направился к Вальке.
– Ужасно… – Валька стянул с себя шапку и позволил Марку расстегнуть, а потом и снять с себя пальто.
– Почему? Что-то случилось? – Марк, стягивая ботинки с фронтовика медицины, с беспокойством заглянул в глаза.
– Учитель мой из меда случился… С коленом проблемы. Так он и меня, и Петровича, которого, оказывается, тоже учил, задолбал.
– Сколько ж ему лет, раз он еще и Петровича учил?! – Марк удивленно приподнял брови и, встав с корточек, чмокнул Вальку в горячий лоб. – У тебя опять температура!
– Много ему лет! Дети его выросли, им заниматься не хотят, внуки к нему не ездят, а он еще бодрячком, до сих пор преподает. Я на сто процентов уверен, он специально в нашу больницу приперся! Чтоб нас с Петровичем задалбливать. Приходит на прием через день! Сидит в очереди, а потом как зайдет, никак не выпроводишь! Люди злятся, в дверь заглядывают, а ему хоть бы хны! Сидит, будто не видит, намеков не понимает! То чай старику налей, то сертификат с последней квалификации покажи.
– Скажи напрямую: "Вы меня отвлекаете". – Марк открыл мультиварку и принялся накладывать в тарелку любимую Валькину брюсельскую капусту.
– Ага! Конечно! Легко сказать да трудно сделать! – Валька плюхнулся на стул, проскрежетав ножками по паркету.
– Почему трудно? Если ты этого не сделаешь, то рано или поздно прием вместе с ним начнешь вести.
Красноречивое молчание Вальки вместе с опущенными в стол глазами и виновато закушенной губой проинформировали Марка о том, что прием уже ведется с "дополнительным" специалистом.
– Ты шутишь?! – Марк поставил перед Валькой тарелку и, включив чайник, сел напротив, не пытаясь скрыть ироничной улыбки.
– Марк, что мне делать?! – Валька вскинул полный мольбы взгляд. – Мы уже с Петровичем устали прятаться от него в больнице! Он вчера сидел у меня на приеме, "подсказывая" мне!!!
– А я тут при чем?
– Ты же хитрый! Придумай что-нибудь! – Валька сложил ладони в молитвенном жесте и с мольбой уставился на Марка.
– А что мне за это будет? – Марк не смог сдержать торжествующей улыбки.
– Я так понимаю, нашей с Петровичем глубокой благодарности тебе будет недостаточно?
– "Глубокая" благодарность Петровича мне вообще неинтересна.
Валька чуть не подавился, залившись краской до ушей.
– Я не об этом!
– Ага.
– Марик, ну помоги.
– Что мне за это будет? – вновь повторил свой вопрос ушлый защитник человеческих прав.
– А как же взаимовыручка?!
– А как же заслуженные "дивиденды" за помощь?!
Валька хмуро дожевал котлету, буравя невозмутимого дельца взглядом, но, поняв, что все равно придется договариваться, тяжело вздохнул.
– Хорошо, чего ты хочешь?
– Ты поедешь со мной на охоту в следующие выходные.
– Нет!
– На нет и суда нет. – Марк степенно встал из-за стола и принялся заваривать себе зеленый чай.
– Будешь чай?
– Марк, я серьезно! – Валька воинственно сжал вилку, угрюмо наблюдая за Марком. – Я не буду убивать животину. И не голодаю, чтобы охотиться!
– Валь, дело не в этом. Важен сам процесс!
– Если ты не забыл, то в "процессе" нашей предыдущей охоты на тетерева я заснул в кустах и повредил ногу! А ты меня сфотографировал и шантажировал этой фотографией, пока я за нее не заплатил! – Валька покраснел, вспомнив, как именно ему пришлось "выкупать" фотку, где он, обняв ружье, спал под кустом малины в теплой спецовке, армейских сапогах, которые ему были велики, и шапке приятеля Марка, с которым тот любил ходить на охоту.