Кирилл мрачнеет. На его лице мелькает плохо скрытое недовольство – кажется, мой тон его злит, больше нечему, остальное же прямо как по нотам у него складывается.

– Вообще-то я собирался проводить тебя до ванной и оставить там. Руку протянул, потому что ты пока что слаба.

Неожиданный ответ.

Я недоверчиво хмурюсь. Становится даже слегка неловко от своей реакции – видимо, я только выдала этим страх, хотя, если подумать, объективных причин решить, что Кирилл отправится со мной, не было. Раз уж меня освободили от наручника, оставив спать тут одну, логично, что и в ванную пускать будут. И, скорее всего, там и без того нет возможностей к бегству.

Я поднимаюсь, игнорируя протянутую руку. Да, это оказывается не так уж просто – слабость по телу действительно даёт о себе знать, ноги чуть не подкашиваются, голова слегка кружится. Но спасённая гордость того стоила. Ну и пусть я во власти непредсказуемого похитителя, главное, что всё равно не собираюсь ему поддаваться, что бы ни делал.

Вот только Кирилл слишком легко относится к моему небольшому мятежу. Спокойно опускает руку, задумчиво усмехается. Не похоже, что его хоть немного задевает мой жест.

А вот у меня всё внутри кипит уже. Эмоции бурлят, требуют выхода. Приходится до боли сжать кулаки, впиваясь ногтями в кожу пальцев, чтобы хоть как-то сдерживаться.

Иду за Кириллом, стараясь попутно подмечать, что и как в этом доме располагается. К счастью, похититель идёт неторопливо – видимо, уловил, что мне пока не так просто шаги даются. Какой заботливый, чтоб его.

Но сейчас это очень кстати. Я не так много замечаю вокруг, но домик, видимо, небольшой. Скорее всего, где-то на отшибе, выглядит простым, староватым, деревянным. Совсем не подходит Ковалевским. Явно не их. Приобрели, чтобы меня тут держать. Выбирали, видимо, по местоположению, а значит, даже если выберусь отсюда, далеко не смогу убежать. Ну, они так рассчитывают.

Вот только я всё равно не собираюсь сдаваться. Что-нибудь придумаю.

Несмотря на простенькое убранство, тут хотя бы чисто. В целом, домик выглядит прилично. Замечаю в коридоре к санузелу две двери в комнаты и одну на кухню. Второго этажа, кажется, тут нет. Ну или это он – мы слегка поднялись наверх, прежде чем сюда пройти. Видимо, я где-то в каморке, служащей чем-то вроде подвальчика, теперь обитаю. Это ещё повезло, что дом достаточно благопристойный, чтобы со мной какая живность не поселилась типа мышей.

Мы останавливаемся возле двух дверей. Похоже, ванная и туалет тут всё-таки отдельно размещены. Кирилл кивает на нужную.

– У тебя пятнадцать минут. Этого хватит, чтобы привести себя в порядок и не учудить лишнего.

**************

Как ни странно, пятнадцать минут идут совсем не так стремительно, как я ожидала. По крайней мере, я мылась настолько быстро, что успела привести себя в порядок, наверное, спустя каких-то пять.

Но, конечно, оставляю воду включенной – пусть Кирилл думает, что я продолжаю принимать душ. Кстати, он тут очень даже презентабельный, да и ванная чистая, почти белоснежная. Но меня сейчас волнует не это – я осматриваюсь вокруг в поисках какой-либо зацепки.

И да, возможно, я была бы осторожнее, но что-то мне подсказывает, что у папы и без того любая минута сейчас на счету, который далеко не в его пользу. Ко всему прочему, осматривая дом по пути, я заметила, что здесь не было никого. Только я и похититель. А это в какой-то степени увеличивает мои шансы. Не знаю, надолго ли такая ситуация – но пока она есть, стоит хотя бы попробовать.

Что ж, окон в ванной нет. Единственное, что хоть немного подходит под это слово – небольшой застеклённый квадратик наверху. Даже если я каким-то чудом по стенке доберусь до него, очень вряд ли смогу протиснуться внутрь.

Зато здесь очень даже хватает ванных принадлежностей, включая бритву. Она явно только недавно и в спешке купленная, – в доме вряд ли кто-то жил. А значит, есть и сменные лезвия. Наверное, стоит взять их, а не саму бритву – ту сложно спрятать. А их можно несколько взять.

Морщусь от одной только мысли о том, как буду применять это в качестве оружия. И представить себе не могла, что докачусь когда-то до такого. Да и не знаю, как с этими лезвиями обращаться – лазерная эпиляция избавила меня от необходимости даже пробовать.

Что ж, наверное, надо направить остриё, резко и быстро чиркнуть им…

– Осталось пять минут, – слышу спокойный голос за дверью. – Советую поторопиться, чтобы уложиться.

Я вздрагиваю. Неожиданное обращение мгновенно выдёргивает из напряжённых размышлений и вдруг напоминает, что Кирилл – живой человек, каким бы ни был. Я никогда в жизни не поднимала ни на кого руку, а тут собираюсь пустить кровь.

С другой стороны, если я это не сделаю, пострадать могу сама. Это сейчас он вроде как настроен миролюбиво, но кто знает, что случится, если папа решит не идти на его условия. Может, этот Кирилл ко мне что-то типа вежливости проявляет только потому, что рассчитывает на лёгкую победу. А когда папа ответит чем-то вроде, например, «случайного» поджога одной из компаний Ковалевских (разумеется, в то время, когда там никого не будет) – то очень даже вероятно, что отыграется похититель на мне. Ведь меня уже взяли в плен – а что может разозлить папу больше?