Шрифт:
2
Упрямством своим он меня пламенил И женщины пылкое чувство дразнил… К нему прижималась я трепетным телом… Ведь мог бы тогда он движением смелым Мне платье немного хотя приподнять И девичье тело мое поласкать…3
Как чувство рассудок всегда победит, Так я победила свой девичий стыд: Чего мне стыдиться с возлюбленным милым? Огонь меня жег, разливаясь по жилам, Он жег и ланиты, и груди мои, И стройные ножки желаньем любви…4
И я прижималась к нему все тесней, Всей силою пышных девичьих грудей, И сладко и долго его целовала, И страсть постепенно его разбирала… И вот развязал он у туфель шнурки, Дрожащей рукою снял с ножек чулки…5
Взволнован он был и краснел, как кадет, Но юбки снимал он с меня и корсет, Шепча мне с одной из счастливых улыбок, Что стан мой и строен, и девственно-гибок!. И с дерзостью пылкой любимых повес Он влажной рукой под сорочку полез…6
И грудь поднялась перекатной волной, Когда он за перси схватился рукой: Дыхание сперлось, и замер мой лепет, И всю ‘охватил меня сладостный трепет В истоме я вся замерла… Из мужчин Туда нс проникнул еще ни один…7
В блаженстве немом я закрыла глаза.. Моя расплелася густая коса… Для нас незаметно летели мгновенья… Я помню его поцелуи, моленья… Очнулась—и вижу сквозь душную мглу, Что я у скамейки лежу на полу…8
Он чудные речи шептал в тишине, Все ниже и ниже склоняясь ко мне… Сверкали глаза его черные дивно, И сжала я ножки свои инстинктивно. Напрасно!.. Уж я без сорочки была И скрыть волосами красот не могла.9
Хотела прикрыться шинелью… Зачем? И он ведь стоял обнаженный совсем! Стыдиться нам не было с милым причины! Он был в полном смысле красавец мужчина! И я не дурнушка какая-нибудь, Могла перед ним наготой щегольнуть!.10
А главное—молоды, полные сил, И юности жар в нас еще не остыл… И там, на просторе, друг другом любимы, Вполне отдаваться восторгам могли мы. И я в упоеньи глядела, как он Склонялся все ниже, как бог Аполлон11
Он тела коснулся… Вся вздрогнула я, Какая-то сила толкнула меня. Я телом прижалась к горячему телу… Чего-то ждала я и тайно робела… И он опустился на ложе любви И сжал трепетавшие груди мои…12
Уста поцелуем горячим закрыл И, помню, о счастье минутном молил… Но я не могла в те минуты постигнуть — Какого же счастья он хочет достигнуть?! О, как же мужчины лукавы, хитры! Гораздо хитрей они нашей сестры!..13
Ведь как перед тем он стыдился, робел! Теперь же вдруг сделался ловок и смел… Он нежно меня отодвинул от стенки И с силою стал разжимать мне коленки… Но я упиралась в могучую грудь, Напрасно стараясь его оттолкнуть.14
И странный предмет меж мускулистых ног Вниманье мое на мгновенье привлек: Такой же у кучера был, у Сергея, Но только потолще и много длиннее… Ужели ж друг милый мне лезет на грудь, Чтоб этот предмет под живот мне воткнуть?15
Такой ведь огромный! Не может быть он В отверстие узкое мною вмещен! Иначе должно быть мучительно больно. И ужас мне в сердце закрался невольно, И я за него ухватилася вдруг: Он страшно горяч был и твердо-упруг…16
В руках я держала всю прелесть мужчин.. Но власть потеряла; он был властелин… Шептал он так сладко: — О милая крошка! Не бойся, подвинься направо немножко! Назад подалася доверчиво я, Он руки мне сжал… и — упал на меня!17
И быстрым движеньем, шепча о любви, Раздвинул он полные ляжки мои… Я вскрикнуть хотела, да поздно уж было; И странное чувство меня охватило: Ужели прельщает мужчин уголок, Который таится меж девичьих ног?