Важного господина аудитора усадили за стол. Ануша подала ему чай. Лист Феникса, конечно же. Ёкота-сан пригубил из поданной чашки с видом «не представляю, что хорошего могут мне подать мне в этой заштатной провинции» и выражение его лица на краткий миг изменилось. Такие вот важные господа из больших корпораций обычно хорошо владеют собой и прошли школу жизни, научившую их не показывать эмоций, но мой чай оказался слишком хорош. Хотя, вслух аудитор этого не сказал. Высочайшей наградой мне стала немного сдвинувшаяся вверх бровь.

— Для начала, предоставьте, пожалуйста, устав фонда, свидетельство о регистрации и все лицензии, каковые имеются, — голос у ревизора звучал уверенно, озвучил свою просьбу с видом человека, знающего, что ему нужно. Но его вопросы говорили о полном безразличии к проверке. Устав, лицензии — это всё можно было запросить удаленно и изучить заранее.

— Прошу вас, Ёкота-сан, — подал я со всем уважением и двумя руками не такую и тонкую, еще теплую распечатку устава, едва принтер закончил выплевывать листочек за листочком. Следующими были запрошены бухгалтерский баланс, отчет о целевом использовании средств и отчет о финансовых результатах, учетная политика. Стопка документов росла пропорционально моему раздражению. Он вообще хоть знает, сколько деревьев пришлось измельчить, чтобы он сделать всю эту бумагу? Где-то одну пятисотую часть бревна! Ну да… как-то не очень впечатляет. Хорошо, что не сказал это вслух.

— Как говорил один великий человек, «каждая неучтенная монета…» — начал говорить Ёкота-сан, взявшись за очередной документ.

— «…стоит на пути к просветлению», — закончил за него я. Я знаю этого великого человека под псевдонимом Хидео-сан.

В общем-то я еще в момент невероятно щедрого пожертвования заподозрил, что истинная цель интереса Тэнтёвадо — моя персона. Сегодня убедился в этом окончательно. Ревизор почти не смотрел в распечатки, зато очень аккуратно и осторожно посматривал на того, кто их ему подавал.

Возможно, мне стоило выбрать другой камон для самурайского фестиваля. И шутка на айти-конференции тоже была опрометчивой. Но нечего горевать о содеянном. Если уж процессия свернула на эту тропу, стоит возглавить шествие, а не пытаться уклониться от него.

— Вот как, — ранее спрятанный интерес во взгляде культиста стал неприкрытым. — Вы знакомы с этим изречением, Ниида-сан?

— Да, его иногда говорил старик Дайчи-сенсей из моих родных мест, — охотно подтвердил я. — И другие мудрые вещи. Я под влиянием его слов и решил стать бухгалтером.

Дайчи-сана я почти не выдумал. Проживал в нашей деревне одинокий и безобидный дедушка, умерший около десяти лет назад. К общению с молодежью или вообще кем-либо он особенной склонности, правда, не демонстрировал, но зато по общей конституции был близок к великому пророку Пути Небесной Гармонии. То есть невысок и строен. Да и имя его, означающее «Великая Мудрость», как нельзя лучше подходит для гуру. Пусть корпорация найдет своего мудреца и отстанет от меня.

— Интересный человек, наверное, — как будто бы для поддержания разговора произнес Ёкота. — Может быть, вы запомнили и другие его высказывания?

— Дайте припомнить, давно это было, — я изобразил усиленную мыслительную работу. — «Деньги не цель, а способ достижения гармонии тела и духа», «Небо не наполнит твою чашу, пока ты держишь ее перевернутой», «Лишь накопив все богатства мира, ты поймешь, что главное из них — это гармония в душе».

— Последнее я никогда не слышал, — с видимым сожалением вздохнул ревизор. Ничего удивительного, я выдумал это изречение только что, отталкиваясь от общих идеалов постулатов, вокруг которых Хидео-сан и строил свою секту. — А расскажите еще об этом мудреце. У вас не осталось его фотографии?

Совсем иначе заговорил, прекратил изображать безразличие и вообще контролировать своё лицо.

— Асагава-сан велела отвечать на все ваши вопросы. Увы, Дайчи-сенсей на моей памяти никогда не фотографировался. Но я немного рисую, могу попытаться его изобразить, если вам интересно.

Мне, в свою очередь, было любопытно, как представитель корпорации, распоряжающейся сотнями миллиардов, объяснит свой интерес к старику из деревни.

— Да, пожалуйста. Может оказаться, что этот человек — потерянный родственник одного из наших акционеров. И дайте мне, будьте добры, список оперативных затрат фонда за квартал.

В следующие полчаса Ёкото усиленно делал вид, что изучал полученный список, но на самом деле то и дело поглядывал, как я выполнял шариковой ручкой набросок по другую сторону стола. Воскресив в памяти облик старого Дайчи-сана, я придал ему некоторые черты, позаимствованные у прежнего Макото времен его главенства в «Пути Небесной Гармонии». Выражение лица, линию подбородка, слегка искаженную короткой бородой, мудрый прищур «добрых глаз». Старался сделать так, чтобы узнаваемыми остались оба. И любой, обладающий словесным описанием гуру, узнал его в нарисованном мной эскизе. Как и знакомые «старика из деревни» опознали бы его.