Глава 2. Заколдованный замок, медный таз и летающий ботинок

Полмесяца назад они сидели в камералке университетской геостанции. В углу стола лежали рулоны ватмана с намеченной триангуляцией. Крупный ночной мотылёк, фырча крыльями, носился под потолком.

Почти все члены бригады разошлись - кто спать, а кто продолжать банкет в домиках студенческого лагеря. Влад, весь вечер скрипевший на губной гармошке, отчалил одним из первых - вслед за золотоволосой губастенькой Светочкой, на которую у него были определённые виду. Многие порадовались его уходу, потому что губная гармошка хороша в гомеопатических дозах.

– Сия война на нас одних будет, - изрёк Родион, поднимая за горлышко двухлитровый пивной баллон (ещё один баллон такого же размера и две полуторалитровки, опорожнённые соединёнными усилиями всей бригады, уже валялись под столом). Самые стойкие полуночники - Петя с Надей, которая требовала от всех, чтобы её звали Надия, и никак иначе, кукольно-красивая Василиса, Родионова пассия, и Настя, которую Василиса втайне недолюбливала, однако всячески покровительствовала ей, потому что Настя славилась вниманием и усидчивостью, и к ней всегда можно было обратиться за помощью - придвинули свои кружки. Родион щедро налил всем пенящегося напитка, не забыв и себя.

– Прозит!
– улыбнулась Василиса, и все со вкусом отхлебнули по большому глотку. На самом деле, пиво было дрянь. Но когда тебе нет и двадцати, когда ты сидишь тёплой летней ночью в кругу друзей и подруг, и сам воздух, кажется, напоён юностью и задором, и впереди ещё почти целое лето, полное приключений - даже паршивое пиво кажется амброзией.

Василиса выпила свою порцию до дна, затем, не дожидаясь других, налила себе ещё полную кружку и решительно опрокинула в себя.

– Ты что-то увлеклась, крошка, - заметил Родион.

– Да я, можно сказать, горе заливаю, - ответила Василиса.
– Я, Родичек, сегодня узнала, что моя поездка в Мексику накрылась медным тазом!

– Что случилось-то?
– спросил Родион.

– Моего папашу неожиданно потянуло к земле!
– раздражённо ответила Василиса.
– Он внезапно купил участок в каких-то пердях, и теперь бабло, отложенное на Мексику, зароют в дерьмово-подзолистые почвы!
– Василиса вздохнула сквозь зубы, выщелкнула из пачки сигарету, прихватила её губами и чиркнула "зиппо". Поскольку она давно начала "заливать горе", и её движения были несколько раскоординированы, она невольно продемонстрировала правоту поговорки про дурака и стеклянный сувенир: зажигалка жалобно крякнула, упала на пол и распалась. Василиса не по-девичьи выругалась и пинком отправила останки зажигалки в угол.
– Вот ведь говённый день, все как сговорились меня выбесить!

Петя протянул ей свою зажигалку. Василиса прикурила, выпустила кверху струйку дыма и благодарно кивнула.

– А что, он большой участок купил?
– поинтересовался Петя.

– Да нет, не очень. И сама земля стоила копейки. Тыщу баксов за пятнадцать соток, - ответила Василиса.
– Только папаша затеял стройку, и на неё ухнули все наши накопления. Блин, это финиш, в натуре! Мать в ахуе, Алинка в ахуе, я в ахуе, а ему хоть бы хрен, папенька у нас землевладелец!

– Ну и правильно, - бестактно заметил Родион.
– Мексика, она никуда не денется, а своя земля - это своя земля.

– Ты ещё!
– злобно фыркнула Василиса.
– Вы бы с ним отлично спелись! Тоже всё про всех знает. А где я лето проведу, где я отдохну после учёбы, вы знаете, умные мои? На стройке? И как я там буду развлекаться? Глину месить с молдаванами?

Почтенное сообщество не успело осознать двусмысленность последней фразы - скорее всего, Василиса и не имела в виду ничего такого, просто от огорчения и пивных пузырьков забыла думать о двойном донце некоторых выражений - как Надия выступила с предложением, которое круто изменило судьбу всех присутствующих.

– Слушайте, у меня идея!
– заговорила она.
– Насчёт того, где провести лето и так далее. Кто хочет после практики пойти со мной в экспедицию к чёрту на рога?

– Ну, если в прямом смысле к чёрту на рога - я за!
– решительно заявила Василиса.

– В самом прямом, Васенька, - серьёзно ответила Надия.
– Слушайте. В наших лесах есть очень странная усадьба. Чуть ли не заколдованная. Я не шучу. В восемнадцатом веке ею владели дворяне Рудневы: не особо знатные, не графы и не князья, но богатые. Говорят, в усадьбе стоял трёхэтажный дворец, а парк не уступал Петергофу и Летнему саду: там была мощёная аллея, а по бокам стояли изваяния греческих и римских богов, в пруду били фонтаны и так далее. На какие средства Рудневы так шиковали - непонятно. Поместий с крепостными у них не было, мужчины Рудневы, как полагается, служили офицерами, но это давало больше расходов, чем доходов. Болтали про них разное. Кто говорил - они льют в подвалах фальшивые монеты, кто-то распускал слухи, что они возглавляют целую армию разбойников, и те им платят дань... вот такая коза-ностра восемнадцатого века. Самой популярной версией было, что старший Руднев, который родился ещё при царе Алексее Михайловиче и первым в роду получил дворянство при Петре, продал душу дьяволу.

– Понятно! Откуда же ещё! У нас так всегда: раз богатый - значит, подонок, душу чёрту продал!
– не удержалась Василиса.

– Кому он там продал душу - чёрт его знает, но богатство им не пошло впрок, - продолжала Надия.
– Все Рудневы рано умирали - кто от чумы, кто от холеры, кто, как тогда говорили, "от горячки". Кого-то убивали разбойники. Мужчины погибали на войнах, едва успев оставить потомство, которому тоже не жилось. В конце концов, от всей семьи остались старик Руднев и его правнучка. Старик, говорят, к концу жизни стал злым и нелюдимым, но правнучку любил...