Private-Bookers
Гарем (Том 2)
вернуться

Смолл Бертрис

Шрифт:

– Таких, как ты, я в жизни очень мало знала, дитя мое. Племянник должен благодарить Аллаха за то, что Тот послал ему тебя.

Когда на двор опустились сумерки, рабы зажгли лампы и принесли ужин. Земля все еще несильно содрогалась через равные промежутки времени, но эти толчки уже не вызывали страха. Обе женщины ели молча, каждая погруженная в свои мысли, и радовались, что опасность миновала.

Вскоре на черное бархатное небо выкатилась чистая, яркая красавица луна, отражаясь в успокоившихся водах бухты. Ночь наполнили разноголосые крики. Где-то ухала сова, отправившаяся на охоту, тихо вздыхал морской ветерок, с болота доносилось прерывистое кваканье молодых лягушек. Природа постепенно приходила в себя от потрясения...

На следующее утро юный Сулейман навестил мать в ее покоях, когда та завтракала. Сев напротив нее и надкусив яблоко, он объявил:

– Мы с Мухаммедом едем в Константинополь на поиски отца.

– Никуда вы не поедете, - спокойно ответила мать.

– Но мы должны!
– горячо воскликнул юноша.
– Нам неизвестно, что с отцом. А может, он ранен или даже погиб! Кто позаботится о нем? Неужели ты думаешь, что эта прислужница дьявола Бесма не воспользуется землетрясением, чтобы попытаться убить отца?

– Сулейман!
– возвысила голос Сайра.
– Я вполне доверяю твоему деду и считаю, что у него хватит сил и власти, чтобы защитить своего сына. И потом, султан и Селим сейчас в Иени-серале, а гарем, как тебе известно, находится в Эскисерале.
– Сайра говорила по-английски. Она всегда пользовалась этим языком, когда был риск того, что рабы могут подслушать.
– Впрочем, я думаю, сын, твой отец сейчас уже на пути домой.

Поднявшись с подушек и гордо выпрямившись, юноша заявил:

– Мне почти уже пятнадцать лет, мадам, и я мужчина. Следовательно, в отсутствие своего отца я являюсь хозяином в этом дворце. Между прочим, он сам всегда так говорил! Так вот, никто не смеет оспаривать мое решение отправиться с братом Мухаммедом в Константинополь на поиски отца.

Мать и сын не отрываясь смотрели друг на друга.

– Не надо со мной так, мальчик, - сказала Сайра наконец.
– Ты мне сын и всегда им останешься. Думаешь, твои отец и дед простят мне, если я позволю тебе осуществить эту глупую выходку? Кто знает, что с тобой может случиться! Ты наследник! Где твоя мудрость? Неужели ты со спокойным сердцем бросишь дом, наполненный женщинами и детьми?

– Но вас же защищают солдаты, - хмуро ответил юноша.

– А кто поведет их за собой, если вдруг возникнет такая необходимость? Может быть, ты предложишь мне надеть доспехи и сражаться, пока ты будешь прохлаждаться в Константинополе?

Юноша пристально взглянул в глаза своей женственной молодой матери, роскошные золотисто-рыжие волосы которой струились по плечам, и вдруг, не выдержав, рассмеялся.

– Не вижу ничего смешного, - сказала Сайра. Сулейман прикусил губу.

– Милая бюльбюль, ты такая красивая... Но когда ты в гневе, в твоих глазах оживают призраки твоих шотландских предков. Я весьма живо представляю тебя в доспехах и на коне во главе рати.

Перегнувшись через стол, Сайра дернула сына за волосы.

– Ай!
– вскрикнул тот, пытаясь вырваться.

– Что-то я не вижу, чтобы ты уважительно относился к своей матери!
– со смехом проговорила Сайра.

– Униженно молю о прощении, бюльбюль! Ай! Она отпустила его и вновь посерьезнела:

– Мне кажется, тебе пришла пора становиться зрелым человеком, Сулейман. Ты почти уже мужчина, хоть мне и странно сознавать это. Вчера после землетрясения я послала записку в Константинополь. Почтовые голуби Хаджи-бея никогда еще меня не подводили. Скоро будет ответ. Давай подождем.

Сын уступил, чувствуя в душе, что мать абсолютно права, И испытывая стыд за то, что позволил на мгновение эмоциям взять верх над здравым смыслом.

К вечеру того же дня в распахнутое окно комнаты Сайры влетела усталая птица. Подхватив измученного голубя, бас-кадина услышала, как сильно колотится его маленькое сердце.

– Молодчина!
– проговорила она, доставая капсулу, привязанную к лапке. Передав голубя рабу, она велела, чтобы тому насыпали полную меру корма, омыли свежей водой и только после этого отнесли на голубятню.

Сайра, устроившись поудобнее, вскрыла капсулу и достала свернутый в трубочку листок бумаги. Послание было составлено знакомым ей почерком Хаджи-бея на его родном древнем языке. Ага кизляр обучил ему всех кадин принца, когда те невинными девушками еще только попали в Турцию. Язык этот использовался в их частной переписке в качестве меры предосторожности от шпионов.

Послание было лаконичным. Ага сообщал, что Селим, равно как и все султанское семейство, жив и здоров. Дворцы и присутствия пострадали, но не очень серьезно. В то же время столице досталось крепко. Можно сказать, что Константинополь разрушен. Мощные приливные волны легко перекатились через городские стены и хлынули на улицы. Погибло и было ранено великое множество людей. Султан и его двор решили перебраться в Адрианополь. Селим отправился с ними, а семье своей просил передать, чтобы они ни в коем случае не покидали дворца.

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
  • 11
  • 12
  • 13
  • 14
  • 15
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка