Иванов Алексей Аркадьевич
Шрифт:
Алиска скромно опустила ресницы; её мерцоид переливался всеми оттенками соблазнительного тепла.
– Для стилистической точности тебе надо было сказать не «наверно», а «возможно», - поправил Моржов Алиску.– А какой статус женщины ты мне предложишь? Статус начальницы психологической службы Антикризисного центра города Ковязин?
– Не надо так говорить, - с достоинством ответила Алиска, ничуть не сбавляя интенсивность теплоизлучения.– И моя личность здесь ни при чём. Мы с тобой всего лишь пытаемся разобраться в твоей ситуации, чтобы моя лучшая подруга больше не страдала.
– Мне плевать на все статусы, - сказал Моржов.– Без трусов у всех статус одинаковый.
– Но не собираешься же ты всю жизнь прожить без трусов.
Моржов, в общем-то, не возражал бы.
– Если для тебя сексуальные отношения важнее статуса партнёра, может быть, причина твоего разрыва с Дашуткой в них?
– А ты уверена, что заехала в свою епархию?– доброжелательно поинтересовался Моржов.
– Я же психолог.
«Сучка ты, а не психолог», - подумал Моржов. Вся психология Алиске была нужна лишь для того, чтобы манипулировать людьми. Но делать это Алиска умела и без трёхмесячных курсов в педтехникуме. Во всяком случае, для Манжетова хватило обычной мини-юбки. Видимо, своим лисьим носом Питугина унюхала, что Моржов почему-то очень спешит к Дашеньке, а потому и держала его при себе, раскаляя до градуса своего мерцоида.
– В Дашеньке меня всё устраивало, - отрубил Моржов.
То, что ему не хватало в Дашеньке (и в любой иной отдельно взятой девчонке), он всегда добирал с другими подружками, а потому был доволен каждой своей партнёршей.
– Насколько могу судить я, - вкрадчиво произнесла Алиска, - Дашутка достаточно закомплексована в интимном плане…
Моржов мысленно торопливо поаплодировал Алиске. Теперь Алиска сделала всё гораздо изящнее. «Насколько она может судить…» То есть она - не Дашутка, уж она-то не закомплексована, она даст гари так, что чертям тошно станет. Н-да, баба растёт на глазах, на ходу подмётки рвёт. Супер!
– Ну, значит, я этих комплексов не заметил, - от-брыкнулся Моржов, еле удерживая себя, чтобы не вскочить и не убежать.
Алиска с лукавым сомнением осмотрела его с головы до ног.
– Сомнева-аюсь… - протянула она.
Моржов промолчал, нервно шевеля пальцами ног.
– Скажи, а Дашутка никого не напоминала тебе из твоей прошлой жизни?
Ничего нового Моржов в Дашеньке не находил, но это не означало, что он видел в Дашеньке какую-то свою прежнюю пассию.
– Никого, - сказал Моржов.
– То есть ты не использовал Дашутку как компенсацию былой неудачи, да? В том числе и как компенсацию неудачного брака?
Если Моржов и использовал Дашеньку, то лишь как владелицу жилплощади. Но он считал, что всё отработал. Хотя бы тем, что не убил Питугину.
– У меня был очень удачный брак, - возразил Моржов.– Я получил всё, чего хотел, и ухитрился смыться до расплаты.
– Может быть, у тебя появилась другая женщина, которая затмила, вытеснила Дашутку из твоего сознания?
– Нет. Меня женщины не любят. Я некрасивый.
– А возможно, вступая в связь с Дашуткой, ты пытался что-то доказать - не себе, а кому-то другому? Например, бывшей жене. Или друзьям.
– Нет, я одинок в этом мире, - сквозь зубы процедил Моржов.
Какого чёрта он сожрал виагру так рано? Какого чёрта он не взял вторую таблетку?… К-хретин!…
Алиска Питугина подняла свои длинные ноги и положила их на кровать между Моржовым и стенкой, рукой придерживая юбку на коленях. Ну типа как ноги у неё устали. Потом она задрала глазища в потолок и сделала вид, что думает.
– Знаешь, - сердечно произнёс Алискин мерцоид дымно-алыми губами, - выходит, действительно, что твоя связь с Дашуткой совершенно случайна. Ей нет мотивировок. И разрыву тоже нет мотивировок, кроме одной… Не совсем для тебя лестной…
– Что я наелся, да?– подсказал Моржов. Алиска с улыбкой кивнула, расточая по комнате сияние.
В поисках объяснений она шарила вокруг события, как слепой шарит вокруг себя руками. В пределах досягаемости своих рук она нашла все объяснения-пиксели. Она составила их в картинку и превратила картинку в новый пиксель: «Всё вышло случайно».
Моржову такое объяснение не подходило. Это всё равно как если бы он шёл по Красной площади в Москве и случайно встретил Кремль. В его жизни Дашенька не была случайностью. Она была неизбежным и ограниченным во времени этапом. Правда, понимание закономерности этого этапа находилось гораздо дальше пределов Алискиной досягаемости. И в формате Пиксельного Мышления это понимание было невозможно.
Зато вот Алиске такое объяснение подходило на все сто. «Вышло случайно» - значит никто не виноват, а Моржов свободен и пригоден для дальнейшего употребления. Употребить же Моржова нынче Алиска могла с большой для себя выгодой.