Шрифт:
Из ясного неба ударила молния и вонзилась в песок у его ног. Сэм не шелохнулся, хотя его сердце шарахнулось в груди.
— Ты всегда прекрасно владела своей стихией.
— Не забывай этого. И знай: я с тобой покончила.
— Ничего подобного. Я нужен тебе, чтобы снять проклятие. Ты готова рискнуть всем и всеми ради собственной гордости?
— Гордости? — Майя побледнела, и ее тело перестало дрожать. — Самоуверенный болван, ты думаешь, что это гордость? Ты разбил мне сердце.
Ее голос дрогнул, и это заставило Сэма опустить руки.
— И не просто разбил, а растоптал в пыль. Я любила тебя. Я пошла бы за тобой на край света. Я сделала бы для тебя все. Я горевала по тебе так, что чуть не умерла.
— Майя… — Потрясенный ее признанием, Сэм хотел коснуться ее волос, но она ударила его по руке.
— Но я не умерла. Я выжила. Я довольна тем, кем стала, и не хочу возвращения прошлого. Если ты думаешь по-другому, то даром тратишь свое время. Я никогда не вернусь к тебе. А то, что ты бросил, было самым лучшим в твоей жизни.
Она отвернулась и ушла, оставив Сэма смотреть на море и думать о том, что она права как никогда.
3
– Что ты сделал?
Зак сунул голову в холодильник и начал рыться там в поисках пива. Он знал этот тон. Нелл пользовалась им редко, но метко.
Тодд долго копался в холодильнике и повернулся к жене только тогда, когда удостоверился, что он спокоен и полностью владеет собой.
Она стояла перед плитой, на которой готовилось что-то потрясающее. В кулаке Нелл была зажата деревянная ложка, а сами кулаки упирались в бедра. Зак подумал, что в гневе Нелл выглядит очень сексуально.
Но говорить ей это в данный момент не следовало.
— Пригласил на обед Сэма. — Он улыбнулся и сорвал крышку с бутылки. — Ты же знаешь, как я люблю хвастаться великолепной стряпней своей красавицы-жены.
Увидев, что она прищурилась, Зак надолго припал к бутылке.
— А в чем дело? Кажется, ты никогда не протестовала против компании за обедом.
— Я не против компании. Я против подонков.
— Нелл, в подростковом возрасте Сэм был изрядным непоседой, но не подонком. Кроме того, он один из моих самых старых друзей.
— А моей подруге он разбил сердце. И твоей, кстати, тоже. Бросил ее, удрал в Нью-Йорк и десять лет занимался там бог знает чем. А потом… потом… — наливаясь праведным гневом, продолжила она, — прокрался на остров, думая, что все должны его встречать с распростертыми объятиями!
Нелл бросила ложку на стойку.
— Лично я не собираюсь заказывать по поводу его возвращения духовой оркестр!
— А как насчет одного трубача?
— Не смешно! — Она круто повернулась и пошла к задней двери.
Но Зак сумел оказаться там раньше.
— Конечно. Извини, Нелл. — Он провел рукой по ее волосам. — Послушай, мне жаль, что у Сэма с Майей так вышло. Я жалел об этом тогда, жалею и теперь. Но дело в том, что мы выросли с Сэмом и были друзьями. Близкими друзьями.
— В том-то и дело, что были!
– И остались. — Зак крепко держал жену за руки. — Майя дорога мне, и он тоже. Я не хочу принимать чью-то сторону. Во всяком случае, у себя в доме. Но больше всего я не хочу, чтобы мы с тобой ссорились из-за этого. Мне не следовало приглашать его, не обсудив это с тобой. Я съезжу и объясню ему, что обед отменяется.
Нелл подавила вздох, но не смогла справиться с улыбкой, появившейся на губах.
— Ты делаешь это нарочно. Чтобы я почувствовала себя глупой и маленькой.
— А что, у меня получилось? — с улыбкой спросил Тодд.
— Да, будь я проклята! — Она слегка толкнула его локтем. — Не стой на дороге. Если у нас будет компания, нет смысла сжигать обед.
Но вместо того чтобы отодвинуться, Зак обнял ее.
— Спасибо.
— Скажешь спасибо, если после обеда он не покроется бородавками или не схватит крапивницу.
— Ладно. Ну что, накрыть на стол?
— А как ты собираешься это сделать?
— Ну… может, поставить свечи?
— Да. Черные. — Она фыркнула и пошла проверить рис. — Чтобы отразить отрицательную энергию.
Зак перевел дух.
— Похоже, вечер будет что надо.
Сэм принес бутылку хорошего вина и букет ярко-желтых нарциссов, однако Нелл это не смягчило. Она была вежлива, но холодна и накрыла стол на удобном переднем крыльце, подав к вину канапе, которые приготовила в последний момент.