Шрифт:
– Они не навредили ему?
– Нет, видимо, догадывались, что родители поймут, если что случится, и тогда придут не одни. Он сидел там один, в соседнем цеху, мой Джино.
– Хорошо, что он ничего не видел, - тяжело выдохнул Кармине.
– Но все же понимал, - Ноа заставил вампира поднять голову, ухватив пальцами подбородок, посмотрел в глаза. – Ты знаешь, какого это снимать веревки с запястий девятилетнего испуганного ребенка, родителей которого только что убили в соседнем цеху. Знаешь, какого это нести на руках обсосанного от страха брата и не позволять себе плакать, потому что ты должен быть сильным. Ты должен защищать и брать на себя ответственность. Теперь ты глава семьи. Мне было двенадцать.
– Прости, - Кармине судорожно сжал полу халата Ноа, вампир очень болезненно воспринял эту историю, у него тоже был любимый младший брат, они тоже прятались от людей.
– Есть за что извиняться, - вздохнул Ноа. – Твоя гребанная раса хочет открыться людям, тогда раскроют и нас, и произойдет еще много историй подобных этой. Мы разные, мы сильнее, это порождает страх, а страх порождает ненависть.
– Прости, ты прав. Я прошу прощения за все. Мне лучше уйти?
– Поехали, подвезу тебя, - снисходительно бросил Ноа.
– Куда? – растерянно спросил Кармине. – Там у меня в номере… ты такое устроил.
– Кармине, - усмехнулся Ноа. – Ты совсем глупый? Номер триста пять.
– Что?
– Она сняла номер триста пять, - объяснил Ноа. – Тебе нужно было лишь спуститься вниз, проверить записи в книге регистрации и вернуть труп обратно в номер триста пять.
– Но ведь тогда вызовут карабинеров…
– Да. И будет медицинское освидетельствование. Она умерла от сердечного приступа. Да, здесь замешана оборотничья магия, но это был стандартный сердечный приступ. Даже если кто-то из ваших догадается, что виноват оборотень альфа, что с того? А ты тут вообще не причем.
Кармине почувствовал себя полным идиотом, это ведь действительно был сердечный приступ. Что его вызвало не имеет значения. Видимо, сказались волнение и усталость, они не дали ему поразмыслить здраво. Он позволил вожаку оборотней подвезти себя и сделал, как тот подсказал.
– --------------------
Энрико Бруно. 19 лет. Вампир, потомок первородного
Глава 9
Ноа прибывал эти дни в прекрасном расположении духа, сам не мог себе объяснить почему, но возможно, тот факт, что вампир понял его, признал его правоту был ему приятен. Хотя Кармине, как оказалось, все же отличается от этих мерзких снобов типо кланов Риццо и Верди. А еще он был робким и наивным, что вообще холодным вампирам несвойственно.
Ноа шел в банкетный зал проверить, все ли готово к празднованию юбилея синьоры Скалли, мысленно желая той сдохнуть, конечно, после того как вторая часть, причитавшаяся за организованное отелем торжество, будет выплачена.
И тут среди мерзейших человеческих запахов прибывающих гостей, он вдруг различил запах гортензии, запах омеги заставил доминантного альфу напрячься. Он раздумывал, стоит ли подойти к стойке. Запах не исчезал, а значит она его дожидалась. Ноа вышел в фойе. Сегодня она выглядела лучше, на ней было простое платье, соломенная шляпка не по сезону, волосы причесаны и уложены. Большие карие глаза смотрели настороженно.
– Ну, - бросил Ноа. – Меня ждешь?
– Да, я принесла чентезимо, которое была должна за надкусанное яблоко, - с легким укором выдала девушка.
– Я же сказал оставить портье, - раздраженно бросил оборотень.
– Еще хотела поблагодарить лично. Вы могли бросить меня на улице, но дали возможность хотя бы прийти в себя.
– Пожалуйста, - грубо бросил оборотень.
Он было развернулся, чтобы уйти, но тут из лифта выскочили Джино и Энрико.
– О, Чинция! Чао! – весело поприветствовал девушку Джино.
– Вы знакомы? – Ноа насторожился.
– Ага, - беззаботно бросил Джино. – Чинция работает в центре для глухонемых, а живет в Кортиле Спорко, туда, знаешь ли, карабинеры ни ногой, и мы с Энрико заступаемся, когда ее бьют братья. Сволочная у нее семейка.
– Как ты можешь заступаться за… - Ноа сжал кулаки, - за незнакомую тебе девку?
– Ну не такую уж незнакомую, - Джино приблизился к брату и шепнул ему в самое ухо, - ее запах… как оборотничий аромакод. Поэтому мне ее жаль, я чувствую родство.
– Это ничего не меняет, - злился Ноа.
– Прости, - Джино отступил, спрятавшись за Энрико.
Тот тоже стоял, опустив голову, чувствовал себя виноватым. Этим двоим стоило сделать внушение. Защищали? Оборотни и вампиры должны были стараться не ввязываться в драки, не показывать силу, нужно контролировать себя, чтобы не вызвать подозрений.
С Джино и так были трудности в детстве, когда он дрался с людьми. И сейчас бывает дерется. Теперь еще и Энрико поступил на службу в отделение карабинеров, но он был слишком молод и неопытен для службы там. Туда внедрялись только пожившие пару веков оборотни и вампиры. Правда, младший Бруно обещал, что будет заниматься лишь бумажной работой, физическую силу демонстрировать не придется, зато будет присматривать за Джино.