Шрифт:
У меня перехватило горло.
— Что?
— Такова легенда. Крупные эпидемии в шестом веке, четырнадцатом, семнадцатом. Улицы, заваленные телами, красные кресты на дверях, повсюду вонь смерти. Настоящее веселье, понимаешь? По правде говоря, некоторым было по-настоящему весело. Ты знала, что люди реагировали двояко? Они пороли себя на улицах или занимались прелюбодеянием повсюду.
Я кивнула. Это действительно имело смысл. По моему опыту, люди были одержимы ровно двумя вещами: сексом и ненавистью к себе за это.
— Повсюду порка и сексуальные отношения, — добавила она.
— Я была на такой вечеринке.
Мелюзина пожала плечами.
— Я не очень разбираюсь в романтике, как таковой, но заражённый чумой Лондон не кажется мне романтичным местом. Кровоточащие бубоны на шее, красные кресты на дверях, крысы, пожирающие трупы. Люди считают это сексуально возбуждающим, например, как когда мужчина пялится на привлекательный бюстгальтер в каталоге? Понятия не имею. Этого нет в литературе. Честно говоря, я не понимаю людей и вообще людей в целом. Но, возможно, они решили, что должны извлечь из своей жизни максимум пользы.
Я кивнула.
— Хорошо, я поняла суть.
— Почему ты спрашиваешь о чуме?
— О, эм, возможно, мне следовало начать с этого. У нас осталось меньше суток до того, как все в Лондоне подхватят чуму и наступит конец света.
— Ах.
— Я ожидала более бурной реакции.
Мелюзина нахмурилась.
— Я имею в виду, что чума звучит ужасно, но конца света не будет.
— Конец света уже случался прежде, — возразила я, смутно осознавая абсурдность своего аргумента.
— На самом деле нет, поскольку мы всё ещё здесь.
— Верно, — я прикусила губу. — Я понимаю твою точку зрения. Мелюзина, что, чёрт возьми, такое древесная марионетка?
— Древесная марионетка? Я никогда о таком не слышала.
Руадан что, издевался надо мной?
Громкий хлопок прервал наш разговор, и пол под нами задрожал. Книги посыпались с полок, и я закрыла голову руками.
— Что за чертовщина? — закричала я.
Мелюзина — хитро — тут же отскочила к арке, избегая падающих книг.
— Боги небесные, — охнула я и схватилась за книжную полку, пока пол стабилизировался. — Это уже второй взрыв за сегодняшний вечер.
— Кто-то атакует Институт, — добавила Мелюзина безо всякой на то необходимости.
Я вытащила меч, призывая свою магию теней. Она прошелестела по моим венам, холодная и наэлектризованная. Я начала прыгать тенью, несясь по воздуху вниз по лестнице. Я пронеслась через дверь Тауэра, затем тенью пересекла Тауэр-Грин. Над одной из башен вился дым.
Пока я прыгала тенью, ветер развевал мои лавандовые волосы. По лужайке пронеслись размытые пятна, и другие рыцари Теневых Фейри бросились в бой, направляясь к зубчатым стенам.
Я запрыгнула на верхнюю площадку башни и с силой ударилась о камень. Моё сердце заколотилось о рёбра, когда запах дыма усилился. С внутренней стороны стены я перепрыгнула через каменистый пролом, уже обнажив меч. Я пролетела по воздуху к внешней стене башни.
Я приземлилась на мостовую, нависавшую над Темзой. Внизу сиял золотой ров. От земли в ночное небо поднимался тёмный дым.
На вершине барбакана я уставилась вниз, на зияющую дыру в каменной стене подо мной, и на неровный просвет в золотистом свете рва. В воздухе мерцала красная магия. На тротуаре лежали двое раненых — мужчина и женщина, одежда на них была разорвана, тела окровавлены. Землю вокруг них усеивали обломки.
Ветер трепал мои волосы, пока я лихорадочно вглядывалась в тёмную реку, выискивая нападавшего. Огни города поблёскивали на воде, но я не могла разглядеть ничего похожего на нападавшего.
Руадан приземлился рядом со мной на зубчатую стену и ухватился за край, глядя на реку. Его тёмная магия хлестала по воздуху вокруг него.
Затем холодный воздух со свистом пронёсся мимо меня, когда он спрыгнул на мостовую внизу. Схватив меч, я призвала силу своего камня люмена и прыгнула вниз рядом с ним, тяжело приземлившись на каменные обломки. Шок от удара пронзил мои голени.
Я повернулась, чтобы оценить ущерб. Взрыв пробил внешнюю стену и попал в скудно обставленную комнату.
— Это именно то место, где мы держали Мэддана, — прорычал Руадан. Он развернулся, осматривая горизонт в поисках рыжего принца. — Он исчез. Он тенью метнулся прочь.
— Как? — спросила я. — У него не было кристалла люмена, — но, как только слова слетели с моих губ, я начала понимать. — У Балероса, однако, есть камень.
Руадан протянул руку и провёл кончиками пальцев по сверкающей красной магии.