В ставку пошел. На прекрасном узорчатом там сундуке он

Крышку поднял. На корабль ему этот сундук был положен

Сереброногой Фетидой и полон он был и хитонов,

И шерстяных одеял, и плащей, берегущих от ветра.

225 Там у него наготове хранилася чаша. Средь смертных

Муж из нее ни один вина искрометного не пил,

Не возливалось вино никому из богов, кроме Зевса.

Из сундука эту чашу доставши,, сначала ее он

Серой очистил, потом всполоснул водяными струями,

230 Руки обмыл и себе, и вином эту чашу наполнил.

Стал в середине двора, и вино возливал, и молился,

На небо глядя. И не был он Зевсом отцом незамечен.

"Зевс пеласгийский, додонский, далекий владыка Додоны

Вечно суровой, где Селлы, пророки твои, обитают,

235 Ног не моют себе и спят на земле обнаженной!

Ты на молитву мою благосклонно уж раз отозвался

И возвеличил меня, поразивши ахейцев бедою.

Также еще и теперь мне такое исполни желанье:

Сам я в стане своем остаюсь корабельном, но в битву

240 Друга-товарища шлю и много моих мирмидонцев.

Зевс протяженно гремящий! Пусть слава его провожает,

Смелостью сердце наполни ему, чтоб увидел и Гектор,

Может ли также один отличаться в бою наш товарищ,

Или свирепствуют в битве его необорные руки

245 Только тогда, как и сам на аресову битву я выйду.

После, когда от судов он отгонит сраженье и крики,

Пусть невредимым к судам быстроходным вернется обратно,

Пусть и товарищи все, и оружье останутся целы!"

Так говорил он, молясь. И внял ему Зевс промыслитель.

250 Дал Отец Ахиллесу одно, а другое отвергнул:

Прочь отогнать от судов войну и сраженье Патроклу

Дал; а из битвы назад отказал невредимым вернуться.

Так совершив возлиянье и Зевсу отцу помолившись,

В ставку назад он вошел и в сундук положил свою чашу.

255 Вышел и стал перед ставкой. Хотелось еще его духу

Схватку ужасную между троян и ахейцев увидеть.

Те же совместно с Патроклом отважным вперед устремились

В полном оружьи, чтоб смело на войско троянцев ударить.

Хлынули быстрой и дружной толпою они на троянцев,

260 Как придорожные осы, которых привыкли тревожить

Мальчики, их постоянно дразня близ дороги в. их гнездах.

Глупые эти ребята на многих беду навлекают.

Если какой-нибудь путник нечаянно ос потревожит,

Мимо идя по дороге, они с отвагою в сердце

265 Все на него налетают, свое защищая потомство.

Сердцем и духом на ос походя, от судов мирмидонцы

Хлынули против троянцев. И крик поднялся неугасный.

Громко Патрокл закричал, возбуждая товарищей к бою:

"Вы, мирмидонцы, лихие соратники сына Пелея!

270 Будьте мужами, друзья, о неистовой вспомните силе!

Славу дадим Ахиллесу, пускай пред судами ахейцы

Доблесть узнают его и бойцов его рукопашных!

Пусть и Атрид осознает, владыка мужей Агамемнон,

То ослепленье, с каким он обидел храбрейшего мужа!"

275 Так говоря, возбудил он и силу, и мужество в каждом.

Тесно сомкнувши ряды, на врагов мирмидонцы напали.

Страшным откликнулись гулом суда на воинственный крик их.

Как увидали троянцы на поле сраженья Патрокла, -

И самого, и возницу, - обоих в блестящих доспехах,

280 Дрогнуло сердце у всех, всколебались густые фаланги;

Разом подумали все, что Пелид быстроногий отбросил

Гнев, им владевший так долго, и снова на дружбу склонился.

Стали они озираться, куда убежать им от смерти.

Первым Патрокл, размахнувшись, блистающей пикой ударил

285 Прямо в средину троянцев, где больше всего их толпилось, -

Возле кормы корабля крепкодушного Протесилая.

Им поражен был Пирехм, конеборных пеонов отважных

Из Амидона приведший, где катится Аксий широкий.

Медною пикой в плечо он ударил его. И со стоном

290 Навзничь Пирехм опрокинулся в пыль, и пеоны с испугом

Кинулись в бегство. Поверг Патрокл всех пеонов в смятенье,

Их вождя умертвив, храбрейшего воина в битвах.