Шрифт:
— Вот теперь я вижу, что вы сходили не зря в лес, — усмехнулся Кирос, глядя на то, как я ем, — Кстати, Джарл уже вернулся. Забыл сказать.
— С этого надо было начинать, — буркнул Грэм, а потом уже с интересом спросил, — Значит, стая уничтожена?
— Да, — кивнул Кирос, отставляя опустевшую кружку в сторону. — Стаю камнеголовых перебили. А туши уже пытаются быстро распродать всем возможным торговцам, пока они окончательно не испортились.
— Погибшие? — серьезным голосом спросил Грэм.
— Шесть Охотников. Два молодых, совсем зеленых, и четыре старых.
Грэм резко помрачнел и я видел, что всё его настроение, до того хорошее, улетучилось.
— Кто именно из старых?
— Не знаю, Грэм, — покачал головой Кирос. — Я лишь говорю то, что слышал краем уха, когда ненадолго отлучался на рынок. Имена еще Джарл не…озвучивал.
Грэм замолчал и уставился в одну точку. Шесть Охотников в один день. Для такого поселка как Янтарный это много. Это серьезное ослабление.
Даже я не знал, что сказать. Скорее всего, старых Охотников Грэм знал хорошо и прикидывал, кто из них.
— Допьем и я пойду узнавать кто именно. — сказал он.
Кирос кивнул. Я заметил, что приручитель на удивление спокойно принял эти чужие смерти. Дело в том, что это охотники, а не приручители? Или же он просто за свою жизнь столько раз видел смерти, что ему уже всё равно, даже если это знакомые? Или же он просто помешан на ящерицах, как и говорил Тран, и всё остальное для него несущественно.
И тут эту напряженную тишину разорвал резкий, сухой треск.
Звук донесся прямо от жар-сердца.
— Так-так-так, — Кирос мгновенно подобрался, вся его старческая леность улетучилась. — Кажется, кто-то преждевременно полез наружу.
Рассветница встрепенулась.
Кирос сторожно, не боясь ожогов (видимо, его руки давно привыкли к жару), просунул ладонь между горячими камнями и вытащил то самое, чуть помятое, дефектное яйцо, где сидели два зародыша. И сейчас одна его сторона была вдавлена внутрь.
Кирос, не раздумывая, положил яйцо прямо на раскаленный камень с фалангой Стража.
— Они не зажарятся? — с сомнением спросил я, подходя ближе. Жар от кости шел приличный.
— Нет, — уверенно ответил Кирос, не сводя глаз со скорлупы. — Чем агрессивнее среда при рождении, тем сильнее они станут, тем больше впитают в себя. Сейчас их чешуя, их тела, их кости податливы и готовы впитывать огромные объемы огненной живы — такой возможности больше не будет. Считай это своеобразной закалкой.
Я кивнул.
— Пошел я, — вдруг сказал Грэм. — Мне надо всё узнать. Не могут так сидеть.
Не долго думая, он подхватил секиру, накинул рубаху и зашагал к поселку.
А мы с Киросом остались одни, и следующие десять минут молча наблюдали за яйцом. То тут, то там ржаво-бурая поверхность яйца вздрагивала, выдерживая слабые, но упорные удары изнутри.
Рядом, тревожно поводя хвостом, сидела Рассветница. Она не вмешивалась, только тихо шипела, словно подбадривая потомство. Даже Седой подобрался максимально близко к яйцу, с любопытством наблюдая, несмотря на пышущий жар, от которого постоянно щурил глаза. Шлепа…он застыл на краю огненной зоны и вытянул свою длинную шею вперед.
Треск усилился.
— Может, им помочь? — спросил я.
— Ни в коем случае! — рявкнул Кирос, — Сами! Всё сами.
Честно говоря, я никогда не наблюдал рождение…ящериц. И потому, почти не дыша, просто смотрел, даже не двигаясь, словно боялся что-то испортить. Причем Кирос, к моему удивлению, вел себя так же.
Вскоре то в одном, то в другом месте яйцо было пробито странными клычками или наростом. А потом…потом эти «пробоины» расширились, и яйцо начало раскачиваться туда-сюда. Рассветница подползла еще ближе.
Наконец-то одна из стенок яйца оказалась пробита и в проломе показалась крошечная, покрытая влажной, еще мягкой красноватой чешуей мордочка. Крошечная ящерка, меньше мизинца, с трудом протиснулась наружу и потерянно огляделась, щуря желтые глазки от яркого света.
А затем, буквально через пару секунд, из того же яйца, раздвигая остатки скорлупы, вылезла и вторая. Чуть меньше размерами.
— А это что за отростки у первой на спине? — прищурившись спросил я.
Я помнил, что система предупреждала о мутациях у каждой из особей. Вот только каких именно — она не уточняла.