Шрифт:
Я молчал.
— Сколько у него людей?
— Несколько сотен. Если убрать его — их можно будет их всех вытащить.
Я вздохнул. Голова болела. Голова болела постоянно.
— Хорошо. Я согласен.
Поначалу всё шло привычно…
— Направо. Лево. Третий коридор… Двенадцатый… Так, восьмой справа… Выбери тот, что с красной окантовкой, — сухой и безэмоциональный голос Алёны вёл меня по уже знакомому лабиринту.
Она всё ещё ненавидит меня за то, что я человек. Забавно, ведь им я давно уже не являюсь.
Последний поворот.
Вспышка.
Я открываю глаза в новом мире.
Я огляделся. На тюрьму не похоже. Скорее… Больница. Или что-то, очень на неё похожее. Светлые стены, мягкий свет, никаких решёток. Коридоры — широкие, чистые, с окнами. Настоящими окнами, за которыми — зелень, солнце, небо. Вокруг всё обставлено мягкой мебелью, коврами. На стенах висят картины…
Может быть, я не туда попал?
Я подошёл ближе и рассмотрел одну из картин повнимательней.
Нет. Туда.
Изображение на картине изображало мерзкую оргию.
Иду дальше по коридору. Проходя мимо палат, заглядываю в окошки на дверях. В одной — молодая женщина сидит на кровати, обняв колени ногами, и смотрит в стену. В другой — ещё одна. Лежит без движения и смотрит в потолок пустым взглядом. В третьей — пусто. В четвёртой — пусто.
Я не останавливаюсь, иду дальше.
Дверь в конце коридора приоткрыта, из щели вырывается яркий свет.
Доносятся крики женщины и какая-то смесь кряхтение и стонов.
Толкнув дверь, я вошёл в большую светлую комнату. В центре стоял стол, на нём — молодая раздетая девушка. Держат её двое слуг-NPC. Держат руки и ноги. Девушка вырывается, кричит, всхлипывает.
Сверху на неё взгромоздился он. Ставров Игорь Валентинович. Толстый, низкий, обрюзгший старик.
Весь покрыт коричневыми пигментными пятнами. Кожа — серая, дряблая, висит складками. Впереди свисает огромный живот. Тонкие кривые ноги упёрлись в пол. Он не стал делать себя молодым и красивым, как Тагиров, а остался самим собой. Тем, кем был — в реальности толстым, старым, вонючим дедом.
Он ритмично, неспешно двигался, плотоядно при этом причмокивая. Сальным взглядом смотрит на девушку и улыбается. Изо рта такой запах, что я чувствую даже за его спиной. От тела тоже. Пахнет мочой и старостью.
Крякнув, старик шумно испортил воздух и сам рассмеялся.
Я скривился.
Меня до сих пор никто не заметил. Ни слуги, ни девушка, ни старик. Все заняты. Все смотрят на него. Никто не смотрит на дверь.
Я пожал плечами. Перехватил копьё поудобней. Вкладываю всю силу. Замахиваюсь. И — с размаху — засаживаю старику прямо в затылок.
Ставрова швырнуло вперёд. Он захрипел. Навалился на девушку.
Он ещё не успел её коснуться, когда я вытащил из сумки следующий пилум. Бросок. Ещё один. Удар щитом.
Четыре секунды — и бездыханные слуги-NPC оседают вниз.
Ставров скатился со стола с грохотом упал на пол. Развернулся на спину и удивительно быстро для своего возраста попытался отползти в сторону, не отводя при этом от меня глаз.
Его обвисшие губы что-то бормотали. Кровь из пробитого затылка заливала пол.
Я шагнул было к нему, намереваясь добить, когда старик что-то в меня бросил.
Яркая вспышка ослепила меня, лишая зрения. Какое-то подобие светошумовой бомбы!
Сука! Откуда только достал, он же голый!? Даже думать об этом не хочется…
Я отступил на шаг, выставил вперёд щит, наугад ткнул копьём. Ещё раз. Ещё.
Не попал.
Спустя секунд пять-десять зрение восстановилось. Ставрова в комнате уже не было.
Сбежал! Б. я!
Я бросился прочь. В последнюю секунду успел заметить мелькнувшую за поворотом фигуру.
В несколько прыжков добежал до угла.
Вон он! Ставров бежал по длинному белому коридору, держась одной рукой за стену.
Я бросил пилум. Тот вонзился старику чуть ниже грудины.
Ставров охнул, замедлился, но продолжил движение.
Ещё два прыжка и я догнал его. Уже почти схватил его, но старик каким-то чудом извернулся и сиганул в широкое окно. Стекло не выдержало, осыпалось грудой осколков, а сам Ставров, медленно перевалившись через раму, вывалился наружу.
Не раздумывая ни секунды я выпрыгнул следом.