Шрифт:
– Несомненно, – ответил я, – но столь же вероятно, что некоторые из них настолько ядовиты, что один-два съеденных кусочка могут привести к смерти. Вопрос в том, какие из них ядовиты, а какие съедобны. А узнать это нам неоткуда.
– И что же нам делать?
– Мы можем наткнуться на какие-нибудь разновидности слизевиков, выращиваемых Улитами в пищу, – ответил я. – Их споры вполне съедобны. А еще в садах дворца я видел гигантские сморчки. Думаю, мы можем смело использовать их в пищу, если сможем найти. Во внешнем мире сморчки – это единственный вид грибов, который никогда не бывает ядовитым.
– В таком случае, – сказала она, – давай искать сморчки.
Немного отдохнув за время этой короткой остановки, мы продолжили путь. Вскоре характер растительности изменился: мы выбрались из болотистой местности на возвышенность, где было суше. Мох сменился короткой белой змеевидной травой. А высокие грибы начали уступать место огромному членистому тростнику.
Мы прошли совсем немного и наткнулись на группу больших холмов – все примерно по пятьдесят футов в поперечнике и двадцать футов высотой.
– Я поднимусь и осмотрюсь, – сказала Долорес и, подтверждая слова делом, живо вскарабкалась по склону холма.
Не успела она сделать и пяти шагов, как её нога провалилась в какую-то полость. Долорес с криком боли выдернула её и побежала ко мне: из колена текла кровь. Следом из отверстия выскочило белое существо около полутора футов ростом и погналось за ней, быстро семеня шестью ногами. За ним появилось второе, третье – и я понял, кто это: гигантские термиты величиной с домашнего бульдога, но во много раз более опасные.
Я бросился к ней, держа наготове раскалённый жезл, но не успел до нее добраться, как из-за обеих сторон холма на нас ринулась настоящая армия этих чудовищных существ, угрожающе щёлкающих огромными крючковатыми мандибулами.
– С этими тварями не договориться! – крикнул я. – У нас нет ни единого шанса. Бежать сможешь?
– Конечно! – ответила она и пронеслась мимо меня со скоростью пули.
Я, не мешкая, бросился следом, однако быстро понял, что стремительные шестиногие твари настигают нас и через считаные мгновения мы будем сбиты с ног и разорваны на куски.
– Залезай на что-нибудь! – крикнул я. – Это единственный шанс от них отбиться.
Долорес бросилась к ближайшему членистому стеблю и полезла вверх; я последовал за ней, а снизу уже щёлкали челюстями первые термиты.
Я ткнул раскалённым жезлом в раскрытую пасть вожака, и тот, кувыркнувшись, рухнул на тех, кто шел следом. И тут произошло нечто поразительное. Над головами раздался гул, словно одновременно заработала дюжина вертолётных винтов, и стебель, за который мы держались, с невероятной быстротой оторвался от земли.
Я взглянул вверх и понял, в чём дело. Это был вовсе не чешуйчатый стебель растения. Мы держались за тонкое, членистое тело огромного насекомого! И мы уже находились так высоко над землей, что, разжав руки, непременно разбились бы насмерть!
Глава VIII. Чудовища подземного мира
Огромное насекомое, за которое мы держались, с невероятной скоростью понеслось прочь. Его огромные крылья, которые в неподвижном состоянии я принял за широкие листья какого-то странного подземного растения, с такой быстротой трепетали в полёте, что становились невидимыми. Само существо очень напоминало гигантскую стрекозу: массивная голова, огромные выпуклые глаза и длинное, сравнительно тонкое тело. Оно летело на высоте около тысячи футов, и, глядя на землю, я прикинул, что оно несёт нас со скоростью свыше ста миль в час.
Цепляясь одной рукой за край огромного сегмента и обхватив округлое туловище обеими ногами, я наблюдал за стремительно меняющимся пейзажем внизу. Вскоре вся растительность исчезла, и мы пролетали над бесплодной, ослепительно белой областью, покрытой дюнами и впадинами.
Долорес отчаянно цеплялась руками за сегмент, находящийся передо мной, и я заметил, что она тоже с тревогой вглядывается в пейзаж внизу. Я окликнул её, но она не услышала меня из-за гула, производимого огромными крыльями. И я не мог подползти к ней ближе, не рискуя сорваться с нашего живого летательного аппарата и разбиться насмерть.
Я был настолько поглощен наблюдением за разворачивавшейся внизу панорамой, что не замечал огромную черную тварь, молнией устремившуюся на нас сверху, пока она не нанесла удар. Огромные зубы вонзились в грудную клетку гигантской стрекозы прямо за головой. Ее крылья затрепетали, а затем безвольно повисли. Это была быстрое и безупречное убийство. Нас стремительно понесло вверх по крутой спирали, и у меня появилась возможность разглядеть существо, атаковавшее нас. Это была исполинская безволосая летучая мышь с черной кожей. Тело насекомого теперь повисло практически вертикально, из-за чего удерживаться на нем стало куда труднее, чем во время горизонтального полета. Похоже, гигантская летучая мышь даже не заметила нас, приняв за часть тела своей добычи.