Дверь открылась, и на пороге появилась запыхавшаяся Нина. Казалось, что она бежала.

– Слышала новость? – спросила она, скидывая сапоги в коридоре. – Левин с каким-то мужиком подрались с Масловым. Рядом с баром “Сити”. Маслова теперь отчисляют. А Левина отстранили от работы на неопределенное время. В голове не укладывается. Заместитель декана подрался со студентом. Наконец-то! Хоть кто-то ему нормально врезал.

– Я знаю, – ответила я. – Это из-за меня.

– Они из-за тебя подрались? – улыбнулась Нина. – Я знала, что так будет.

– Да не в том смысле.

– А по-моему как раз в этом. Левин понял, что за тебя некому тут заступиться, и решил сделать это сам. Правильно сделал. А знаешь, почему? Потому что ты ему нравишься.

– Это вряд ли, – вздохнула я, поправляя на себе помятое серое худи. – Я ужасно выгляжу последние полгода.

– Все, что надо, он уже разглядел.

Мне не хотелось никому рассказывать о том, что произошло днем в его кабинете. Мы просто целовались, но это казалось слишком личным, только моим. Настолько моим, что не хотелось ни с кем делиться этим. Тем более, эти поцелуи ни к чему не приведут. С его стороны это минутная слабость. У него есть Ольга. Да и у меня это все пройдет, если мы не будем видеться, если я займусь своими делами. Осталось всего полгода.

– Мне не нравится, что у него из-за меня проблемы, – сказала я. – Он может потерять работу.

В дверях неожиданно появилась Катя.

– Слышали, какой скандал сегодня был? – спросила она. – Давидушка и Маслов подрались. Говорят, что из-за какой-то девки, но точно никто не знает. У нас ходили слухи, что Арсений его Ольгу иногда трахает у себя в машине. Вот, похоже, что это правда!

Мы с Ниной переглянулись, потому что знали правду.

– Больше ничего не говорили?

– Вроде ничего, – ответила Катя. – Маслова могут отчислить теперь, но его папуля все уладит. А вот Давида Александровича могут уволить. Будет очень жаль, если так. Он с виду такой правильный, такой комфортик. Но мне кажется, в постели он очень даже хорош.

– Кать, можно тебя спросить?

– Конечно.

– Зачем ты помогла Маслову сделать это видео?

Катя на миг растерялась, но тут же собралась с мыслями и сделала вид, что ничего не понимает.

– Какое видео?

Нина тоже не понимала – я не успела рассказать ей об этом.

– Видео со мной и Андреем.

– Кто тебе сказал об этом?

– Твой друг Маслов тебя сдал при первой возможности. Так скажи мне, зачем ты это сделала? Я считала тебя подругой, доверяла тебе, а ты…

– Мне нужны были деньги, – призналась она.

– На новый айфон?

– И на него тоже. Маслов предложил заработать. Установить скрытую камеру у вас в комнате. Я согласилась.

– Я что, тоже там есть? – испугалась Нина. – Хочешь сказать, у нас стоит скрытая камера?

– Сейчас уже нет, – ответила я. – И она снимала только мою кровать. Это просто какой-то сон при температуре сорок. Кать, ну зачем?

– Он не собирался шантажировать тебя этим, – пыталась объяснить Катя. – Он просто хотел видосик с тобой, чисто для себя. Сначала ты ему не давала, потом стала встречаться с Андреем, замуж за него собралась. Считай, видосик это компенсация за годы твоего игнора. Хоть какая-то радость. Но прошло время, все изменилось, ты снова одна, а Маслов уже устал на тебя дрочить. Это я предложила ему припугнуть тебя.

– Замолчи, – прошептала я. – Замолчи сейчас же!

Катя поднялась со стула и направилась к двери.

– Нет, я договорю. Я не жалею о том, что сделала. Я знаю, что вы оба кайфанули. И не один раз. Так что не строй из себя жертву.

Она громко хлопнула дверью, оставив меня вдвоем с Ниной.

– Не ожидала от нее такого, но она всегда тебе завидовала.

– Сама в шоке. Чему мне завидовать?

– Грудь больше, ноги худее, парням больше нравишься. Сначала ей нравился Андрей, потом ей нравился Маслов. А знаешь, как она бесилась, когда узнала, что Левин тебе экзамен просто так поставил? Она с ума сойдет, если у вас с ним что-то будет.

– Да ничего не будет.

– Время покажет. Мне кажется, вы друг другу подходите, и хорошо смотрелись бы вместе.

– Это все пустые фантазии.

Я гнала от себя все мысли о Давиде и о нашем возможном будущем. От них было приятно и тепло внутри, но в то же время это было совершенно бессмысленно. Только вечером в душе, после всего дневного напряжения, я вспомнила его губы на своей шее, и наконец дала волю пальцам и воде.

На следующий день я снова приехала в институт, чтобы закрыть сессию и отдать Давиду книгу по бухучету.

– Давида Александровича не будет в ближайшие дни, – сказала его секретарша. – Его отстранили от работы. Приходи после каникул. Скорее всего, будет уже другой заместитель декана.

Институт в это время был полупустым. Большинство студентов уже закрыли сессию и разъехались по домам. Оставались только должники, преподаватели и другие работники вуза. Было понятно, что Левин больше здесь не появится. Мне безумно хотелось увидеть его, хотя бы еще один раз посмотреть на него.

Я запомнила его адрес, когда отвозила воду пару недель назад. Это было не очень далеко от института. Я помнила этаж, не помнила номер квартиры, но могла бы найти ее по расположению. Я решила не ждать вечера и поехала к нему прямо из института.