Шрифт:
— Откуда вы знаете?
— Я спросила.
— Кого?
— Его самого.
— И что он ответил?
— Что ему прислали документ заранее и попросили подтвердить, потому что «всё точно будет готово».
Теперь Артём не ответил сразу. Я увидела тот момент, когда раздражение в его взгляде сменилось расчётом. За это я его уважала, хотя старалась вспоминать об этом пореже. Романов мог давить, спорить и не любил, когда ему мешали, но если получал факт, который менял ситуацию, он не продолжал прежний спор только ради того, чтобы сохранить лицо.
— Кто попросил?
— Орлов из маркетинга.
— Он знает, что вы выяснили?
— Пока нет. Сначала хотела поговорить с вами.
— После того как остановили платёж.
— Да.
— Последовательность у вас своеобразная.
— Зато эффективная. Вы сразу нашли для меня двадцать минут.
Он медленно закрыл папку.
— Один час.
— Что?
— Даю вам один час. Разберитесь с Орловым и подрядчиком. Если работа действительно выполнена, найдите законный способ провести оплату сегодня. Если нет, платёж остаётся заблокированным до утра.
Я невольно приподняла брови.
— Это компромисс?
— Не привыкайте.
— Уже поздно. Я запомнила дату.
— Соколова.
— Молчу.
Я взяла папку и поднялась.
— И ещё кое-что, — произнёс Артём.
Я остановилась.
— Если следующий крупный платёж вы снова заблокируете за несколько часов до исполнения и придёте ко мне уже после этого, разговор будет другим.
— Каким?
Он посмотрел на меня спокойно, без угрозы, и от этого предупреждение прозвучало серьёзнее.
— Вам может понадобиться компания, в которой любовь к правилам ценят больше, чем результат.
Внутри поднялось знакомое раздражение.
— Если когда-нибудь найдёте такую компанию, обязательно пришлите мне ссылку.
— Видите? Именно об этом я и говорю.
— А я именно поэтому ещё работаю здесь.
— Иногда я сам этому удивляюсь.
Я дошла до двери, но всё-таки обернулась.
— Артём Викторович?
— Да?
— Если завтра площадка окажется готова, вы скажете, что были правы.
— Разумеется.
— А если не окажется?
Он посмотрел на часы.
— Тогда я скажу, что у вас закончился ваш час.
Я вышла прежде, чем он успел заметить мою улыбку. К семи вечера выяснилось, что правы мы были оба, а это всегда самый неудобный результат спора. Площадка действительно была почти готова. Слово «почти» включало в себя незаконченную монтажную работу, из-за которой подписывать итоговый акт было нельзя, зато подрядчик согласился оформить промежуточные документы и перенести окончательный расчёт на утро. Бизнес не остановился. Деньги не ушли раньше времени.
Орлов получил от меня разговор, который вряд ли захочет повторять. А Артём — возможность не признавать мою победу. В семь пятнадцать помощница генерального прислала короткое сообщение:
«А. В. просил передать: компромисс принят. Не злоупотребляйте». Я ответила:
«Передайте А. В.: уже». Через минуту пришло:
«Он рядом. Прочитал». Я убрала телефон и решила, что на сегодня сделала достаточно для карьерного саморазрушения. Оставалась одна проблема. Уйти домой я не могла.
На тридцатом этаже уже начался ежегодный приём для партнёров компании, и моё присутствие там считалось обязательным. Обычно подобные мероприятия вызывали у меня желание проверить любую папку, лишь бы получить уважительную причину не идти, но сегодня избежать его было невозможно: финансовый год закрывался удачно, компания объявляла о новом направлении, а половина руководителей ещё с утра получила напоминание от аппарата генерального о необходимости присутствовать. Я появилась там в половине восьмого.
Большой зал на верхнем этаже совершенно не походил на офис. Приглушённый свет, высокие окна, музыка, группы людей возле столиков. Те же директора, которые днём спорили из-за бюджетов, вечером улыбались партнёрам так, словно никогда в жизни не повышали голос. Я взяла бокал воды и остановилась возле окна.
— Я бы на вашем месте не стоял здесь одна.
Я повернулась. Михаил Карелин, операционный директор, протягивал мне второй бокал.
— Почему?
— Романов увидит и решит, что вы уже ищете следующий платёж, который можно остановить.
— Вы быстро узнаёте новости.
— В этой компании новости распространяются быстрее официальных писем.
Михаил был одним из немногих руководителей, которые умели разговаривать с людьми так, будто не рассчитывали получить от разговора выгоду. Возможно, именно поэтому я ему не до конца доверяла.
— А что говорят? — спросила я.
— Что вы чуть не сорвали завтрашнюю презентацию.
— Отлично.
— А ещё говорят, что подрядчик переделывает документы и всё состоится вовремя.