«Ладно!» — подумал я, понимая, что выхода нет. — «Надо найти оружие. Завалю этих орчих раз уж на то пошло».

Думая об этом, отправился в комнату. Там заметил, что кровать украшена каким-то орнаментом, сделанным из железных прутьев. Нашел прут, который немного шатался, стал на постель ногой (тут уж не до всяких там нежностей) и отбил каблуком сапога кривую железку, похожую на обычную арматуру.

— Аг-га, уже что-то, — процедил под нос, взвешивая прут на руке.

Жаль, неясно, когда именно придут твари. Можно было бы притвориться спящим и застать их врасплох. Хотя, может и так все получится.

Я ещё раз осмотрел арматуру, решив лечь в кровать, как ни в чем не бывало. Перед этим слегка помахал железякой, воображая, что ломаю череп орчанкам. Тут до ушей донеслись странные звуки, похоже, они шли из соседнего помещения.

Я внимательно осмотрелся, держа железку наперевес. Внизу на стене была трещина, куда пробивался свет из другой комнаты. Перегородка сделана из крупных камней, но скреплял их какой-то раствор, который медленно разрушался не первый месяц подряд. Вряд ли б это спасло, но других вариантов тут не было.

Я решил прислушаться к звукам. Для этого стал на колени и отодрал пару мелких кусков штукатурки. Трещина стала побольше, что позволило слышать все, что творится в покоях.

Как и следовало ожидать, там, конечно же, трахались. Небось, заместительница Шлервы насиловала несчастного парня. Вот твари, настоящая нечисть из ада!

Хотя… все не так уж и плохо. Судя по голосу, парень особо не мучился. Он вообще там ни капли не мучился, и да, это был взрослый дядя, судя по хриплому тону.

«Неужели здесь такой же, как я? Надо во всем разобраться», — решив так, я прислонился к трещине ухом, сосредоточившись на подслушке.

Кроме скрипа кровати, хлопков и стонов, в уши врезался голос мужчины, который громко кричал:

— А ну, давай, наяривай! Эх, раз-два! Но, залетные! Нас не догонят! Не пищи, родная, ща будет мохнатка, как у свиноматки! Расшорошим тебя по полной…

— Фу, что за бред? — прошептал я, отстранившись от стенки.

Ни один человек в здравом уме не стал бы нести эту чушь во время постельного акта. Хотя, есть придурок, который на такое способен. Но не мог же он попасть и сюда…

Я задумался, сев у стены, времени остановлюсь все меньше. Меня могли казнить в любую секунду, а я думал о том, кто сношается за чертовой стенкой.

Лучше как-то подготовиться к бою: еще покрутить арматуру или же вызвать магию. Вдруг сила уже восстановлена? Хотя, еще слишком рано.

Задумавшись о своем, я провел в забытье минут пять. Потом звуки резко затихли, послышался голос орчанки, которая отчитывала полового партнера за то, что у него не стоит даже с магией.

— Ха, не повезло мужичку, — тихо усмехнулся я.

Хотя, парень не спешил горевать. Он осыпал орчиху градом тупых оскорблений, называя ее опаленным хряком и кощеем, на которого даже солнце не встанет.

— Паршивый человеческий выродок! Тебе недолго осталось! — послышался обрывок фразы за стенкой.

— Иди нахрен отсюда, чунга-чанга помойная! С таким хлебалом только чертей на болоте пугать! — отозвался строптивый мужик.

«Да уж, дает! За такое его точно уроют», — подумал, ожидая самого худшего.

Какое-то время была полная тишина. Казалось, орчанка умертвила парня бесшумно. Лишь спустя минуту томительного ожидания, послышался стук двери. Орчанка просто ушла, не сделав выскочке ничего.

«Нет, это же нереально! Там парня за пару слов закололи. А тут… прям капец», — в шоке подумал я, а потом понял, что таким везучим мог быть лишь один человек на планете. Точнее, козел, но не важно.

Я резко развернулся и прислонился лицом к узкой щелке. Звучит, как сцена из порно фильма, но иначе было б не докричаться.

— Эй, ты живой?! — крикнул в эту дыру.

— Ох, нахрен! Ты че?! — заорал хриплый голос.

— Ниче, е-мае! Михалыч, ты что ли?!

— Он самый, сынок. А ты-то откуда знаешь? Хотя стой, погоди… Блин, Сергеич!

Послышались шаги босых ног. И хитрожопый глаз престарелого ушлепка уставился прям на меня.

— Слышь, как ты тут оказался? — сказали мы в один голос.

— Хищных кроликов на болоте ловил, — ответил я, ощутив, что несу ахинею.

— Вечно у тебя все не слава богу, бомжара, — фыркнул Михалыч. — А я вот со своей бабой гулял. Она мне лесок за гаремом показывала. И письку, конечно же, тоже, когда мы в кустики заглянули…

— Стой, давай без подробностей! Какая баба, ты что?

— Что не знаешь, дурила?! Я теперь муж той самой Лавэнды. Старшой, понимаешь!