Шрифт:
Ханну я никогда не назвал бы легкой. Может, дело было в юбках до щиколотки, которые она всегда носила, или в мешковатых блузках и свитерах, скрывающих слишком многое. Может, в том, как она стягивала светлые волосы в тугой пучок, ясно давая понять, что дергать за них мужчине не стоит. А может, в том, что она никогда не смотрела на меня так, как я смотрел на нее.
Как бы то ни было, я инстинктивно знал — Ханна не для меня. И все же каждый раз, когда мы оказывались рядом, мне хотелось проверить эту истину заново.
Дважды.
— Итак, мистер Зак Хейл, я пытаюсь с вами связаться, — сухо сказала она. — Я оставила несколько сообщений.
Это заставило меня насторожиться. В месяц после аварии я получил сотни сообщений. Некоторые — от настоящих друзей и коллег. Некоторые — с говорящими именами, призванными освежить память: «Сиськи Молли», «Сиськи Эллисон» или «Сиськи Тоня».
Система работала хуже, чем я рассчитывал, потому что, как выяснилось, я считал, что все сиськи — хорошие.
Но подавляющее большинство сообщений приходило с безымянных девятизначных номеров, и, учитывая их содержание, я сильно сомневался, что сообщение Ханны было среди них.
Нахмурившись, я вытащил телефон из переднего кармана.
— Джеймс дала вам мой номер? Не припомню, чтобы видел сообщение от вас.
— Не на мобильный, — сказала она. — Я звонила на телефон ранчо.
Учитывая, что последним человеком, который сидел в офисе «Путеводной звезды» и отвечал на звонки, была моя мать — да пребудет с ней мир и силы поднять на небесах святой ад, — это стало для меня сюрпризом.
— У ранчо есть телефон?
— Он указан на сайте.
— У ранчо есть сайт? — теперь я просто издевался над ней. Без особой причины, кроме той, что мне хотелось. Прошло добрых десять месяцев с тех пор, как мне вообще хотелось хоть что-то делать с женщиной — не говоря уже о том, чтобы ее дразнить, — так что я решил не сдерживаться.
Она поджала губы.
— Я оставила вам несколько сообщений, — повторила она.
— А я не получил ни одного. Но могу выслушать все это за пивом. Как тебе такая идея? — предложил я.
Ее взгляд скользнул к моему рту, где я все еще прижимал салфетку, останавливая кровь. Она посмотрела на меня так, будто мысленно выдавала мне нелестные характеристики.
— Это разумно?
— Черта с два это разумно, — ответил я. — Painted Cat — не то место, куда ходят за мудростью, Ханна Белл. Зато у меня на лице открытая рана, оставленная человеком, в чистоплотности которого у меня есть основания сомневаться. Так что, может, заливать это алкоголем и не самая умная идея, но вдруг хоть микробов поубивает.
Каждый раз, когда я называл ее полным именем, ее щеки чуть розовели. Это вызывало у меня желание продолжать.
Она сморщила нос, как осуждающий кролик. Я решил, что сейчас услышу вежливое «нет, спасибо» и отказ продолжать мое общество этим вечером. Меня это не волновало. Есть куда более приятные способы провести ночь, чем болтать с чопорной библиотекаршей о… кстати, о чем она вообще хотела со мной поговорить? Вряд ли о книгах. Она бы не стала разыскивать меня в апрельскую метель ради десятисекундного разговора.
— Ладно, — сказала она и уселась на барный стул. — Что ты будешь?
Из-под юбки выглянули ее коричневые ботинки. Она перенесла вес с одной ноги на другую и дернула юбку, ослабляя ткань, натянувшуюся на бедрах. Я мельком увидел бледные, тонкие щиколотки — и член дернулся, приходя в движение.
Я бросил ошарашенный взгляд вниз. Та брюнетка, которая предлагала отсосать тебе в туалете, не вызвала вообще ничего, а чертова щиколотка — пожалуйста? Господи. Мой член был сломан ничуть не меньше, чем нога.
Покачав головой, я уселся на соседний стул.
— Любое пиво с крана. Я не привередлив.
Ханна махнула Джейни, которая как раз подметала осколки бокала, разбившегося во время драки. Джейни высыпала стекло в мусорку, сполоснула руки и встала за стойкой напротив нас, опираясь на локти и широко, искренне улыбаясь.
— Привет, детка. Что тебе налить?
Ханна улыбнулась.
— Мне воду, Заку пиво.
Джейни посмотрела на меня так, будто только сейчас осознала, что мы сидим рядом намеренно. Ее глаза подозрительно сузились, затем она снова повернулась к Ханне.
— Извини, не выйдет. Он уже выпил три, а Бракс заставил меня пообещать, что я не дам ему четвертое без трезвого водителя. Так что, если это не ты, я его закрываю.
Ханна моргнула.
— О. Эм…
— Я не пьян, — возразил я. Может, я и не был совсем уж трезв, но извилистые горные дороги от города до ранчо знал как свои пять пальцев. Не то чтобы моего старшего брата волновали такие мелочи — он был помешан на правилах и чертовски любил командовать. — И вообще, если Бракс знает законы и прочую хрень, это не значит, что ты обязана его слушаться.