Десяток лошадей на лужайке, на гладких боках которых блестело солнце, представляли великолепную картину. Ее портил лишь человек на крыльце. Он чертовски был похож на часового.

Галлоуэй осадил лошадь и изучил местность. То же сделал и я.

– Выглядит слишком спокойно, - некоторое время спустя сказал он.
– Мне это не нравится.

Мы ждали, но Юдит не терпелось.

– Флэган, я хочу спуститься туда. Я хочу увидеть отца.

– Стой здесь, - ответил я.
– Ты его скоро увидишь... когда мы убедимся, что все в порядке.

Долина, на которой лежало ранчо, переходила в более широкую долину, через которую мы проехали. В первой паслось немного скота, во второй еще больше. Трава здесь была зеленой и сочной, а ручьи давали столько холодной воды, что любой фермер мог только мечтать о таком. Костелло нашел хорошее место.

– Они спрятались, - сказал наконец Галлоуэй.
– Думается, они поджидают нас. В такое время дня ни одно ранчо не выглядит столь тихим. Если учесть к тому же, сколько вокруг мужчин.

Мы переехали на возвышенность пониже и спрятались среди деревьев. Вдруг мы увидели, как из ранчо вышел второй человек. Они о чем-то поговорили, и вышедший уселся на ступеньках, а первый вошел в дом. Видно, смена караула.

– Твой отец, - предположил Кэп, - должно быть, в доме. Несомненно, там должен быть кто-то, кого нужно охранять.

Мы ждали под деревьями, стараясь как можно меньше двигаться, чтобы нас не заметили. Занятие утомительное, и я все больше сочувствовал Юдит. Там, внизу, был ее отец, и естественно, она хотела увидеть его. Только прежде, чем начать действовать, нам нужно еще кое-что узнать. Нам нужно было узнать, жив ли Костелло, как они держат его и чего хотят.

Теперь мы были уверены, что Фетчены пришли сюда не за скотом. У них есть стадо с собственным клеймом, и они попытаются удержать его, но я был уверен, что было нечто большее, чем стадо или даже ранчо, привлекшее их сюда.

Нам необходимо было их переждать. Я знал, что они не очень терпеливые ребята и скоро устанут лежать в засаде без дела.

– Нам нужно получше разобраться во всем этом, - сказал я.
– Кэп, вы знаете историю банды Рейнольдса?

– Не больше, чем все остальные. Они выдавали себя за сторонников Конфедерации и начали грабить поезда с золотом и прочим добром, распуская слух, что достают средства для поддержки Юга. Но большинство считало, что у них на уме совсем не то, особенно после того,как золото накопилось в их руках. Считали, что они собираются использовать его для себя.

– Что же случилось с золотом?

– Никогда ничего не слышал об этом, но, без сомнения, живущие здесь могут тебе кое-что рассказать.

– Шарп должен знать, - предположил Галлоуэй.

Ко мне подошла Юдит.

– Флэган, я думала над тем, о чем ты спрашивал. Был ли отец в Миссури в семьдесят первом. Я уверена, что был. Я кое-что вспомнила.

– Что?

– У отца был дядя, - скверный человек. После того, как у него начались неприятности с семьей, он уехал на запад. Никто не вспоминал о нем, но у него опять случились какие-то неприятности... кажется, это было в Денвере.

– И что?

– Однажды ночью он вернулся. Помню, как я проснулась и услышала тихие голоса в палатке, на стороне отца. Я услышала голос другого человека человека, который говорил как-то странно... будто он был болен или что-то в этом роде.

Это было все, что она тогда вспомнила, но этого было достаточно, чтобы я начал думать.

Может быть, то, что знали Костелло, они узнали именно от этого отщепенца. А он промышлял около Денвера. Там же, где Тери Фетчен. И банда Рейнольдса.

Мы двинулись по горам к низине, укрытой нависающими выступами и стеной сосен, и разбили лагерь в таком месте, где можно было развести костер.

– Я считаю, что если мы спустимся к ранчо, нам в шкуре проделают столько дырок, что она уже будет непригодна для дубления, - сказал Галлоуэй.
– Эти люди ждут в засаде. Ну что ж, пусть ждут.

– Мне кажется, что сейчас как раз настало время подумать об их скоте, предложил Кэп.

– Хорошая мысль. Давайте заарканим несколько бычков и проверим клеймо.

Итак, мы уселись за кофе и беконом, чтобы поразмыслить. Было решено,, что если большая часть их банды сидит в засаде, то за скотом почти никто не наблюдает.

Утром, как только небо прояснилось, мы сели на лошадей и пустились в путь. Единственный, кто был не доволен нашим решением, это - Юдит.

Вскоре мы были в Спальне Канюков, сидели возле печи и ели крокеры с сардинами. Я упомянул банду Рейнольдса. Едва я назвал это имя, как Шарп выложил нам ее историю.

Банда Рейнольдса закопала богатство, как считают некоторые, где-то возле Испанских пиков. Они находились к югу от нас, всего в нескольких милях.