Шрифт:
Тэлон фыркнул, и по комнате распространился запах пепла. Он не двинулся с места, пока Финли прижимал меня к своей массивной груди; мои ноги болтались в нескольких футах от пола. Тепло медведя успокаивающе действовало на мою спину, и даже в этом обличье он все еще пах ванилью и вишней, изрядно смешанными с потом и грязью.
Однако сладкий аромат перебивал все остальное, и я ненавидела то, как все еще жаждала этого мужчину, хотя была ему не нужна. Ирония судьбы — застрять здесь, между одним членом стаи, который меня ненавидел, и другим, который насильно связал меня узами… это было чертовски паршиво. Часть меня хотела просто уничтожить их обоих и убраться отсюда, живой и сильной сама по себе. К сожалению, омега не могла играть в мире альф по таким правилам. По крайней мере, без более серьезной подготовки, чем у меня.
— Если ты ее отпустишь, — медленно пробормотал Тэлон, — я позволю тебе уйти живым.
Финли фыркнул; звук насмешки казался почти милым, исходя от медведя. Он продолжал медленно пятиться, а Тэлон повторял каждый его шаг, так что между ними сохранялось расстояние в восемь футов.
— Ты не можешь уйти, — приказал он, и властная аура дракона накрыла и меня, и Финли.
Паника вырвалась на передний план моих запутанных эмоций, когда я вспомнила об одном просчете. Доминирование. Я никогда не принимала ее в расчет, так как на омег она не действовала. Но она действовала на альф. Она действовала на всех, кто был слабее, и хотя в наши дни оборотни редко ею пользовались — незачем было начинать драки, которые могли аукнуться, — в бою она оставалась надежным средством.
И Тэлон это знал.
— Верни ее мне, — сказал он, высвобождая еще более мощную волну власти.
Лапы Финли задрожали, и я обеими руками вцепилась в одну из них.
— Ты достаточно силен, чтобы сопротивляться, — прошептала я ему. — Борись с ним, Фин. Борись. Призови силу остальных своих братьев.
Он старался изо всех сил, но в итоге дракон оказался сильнее. Может, если бы мы все были связаны в полноценный квинтет, у Финли и был бы шанс, но знать наверняка было невозможно.
Его шатающиеся шаги приближали нас к Тэлону, который оставался неподвижным и терпеливым, словно хотел растянуть унижение медведя, вынужденного вернуть меня ему.
— Отпусти меня, — сказала я Финли, и хотя его лапы сжались на моей коже, он не мог освободить меня ни для кого, кроме Тэлона.
Сверкнув глазами на дракона, я прорычала:
— Я буду с тобой драться. Если ты хоть как-то навредишь Финли, я не перестану сражаться, пока один из нас не умрет. Мне все равно, ты или я, но это закончится кровью.
Тэлон склонил голову набок, напоминая Слэйда, и я ненавидела, как сильно этот ублюдок походил на моего партнера по стае.
— Если он вернет то, что принадлежит мне, он может уходить.
Искра гнева, тлевшая с тех пор, как я очнулась и снова оказалась во власти старой стаи моей матери и их альфы, вспыхнула адским пламенем ярости.
— Я не твоя! — выпалила я, чувствуя, как внутри разгорается жар. — Не твоя. Ни сейчас, ни когда-либо.
Взгляд Тэлона упал на мою прикрытую шею, и от этого напоминания метка затрепетала. Нас разделяло не больше двух футов, а способность Финли сражаться ограничивалась лишь медлительностью его движений.
— Ты моя. Навсегда.
Дракон ошеломил меня этим простым заявлением, и мой желудок перевернулся так, как мне не нравилось и чего я не понимала. Даже моя волчица подняла голову, и мне захотелось закричать на нее за то, что она бросила меня, когда я нуждалась в ней больше всего, только чтобы вернуться при этом чертовом заявлении.
Тем не менее, ее возвращения было достаточно, чтобы тлеющий в моей груди уголек энергии разгорелся сильнее, подпитываемый зверем внутри меня. Мое тело заныло от ощущения пульсирующей сущности.
Когда Финли наконец добрался до Тэлона, дракон потянулся ко мне, и как только его пальцы коснулись моей груди, я подняла ноги и пнула его. С этим ударом хлынула энергия, и я словно внезапно обрела сверхсилу, отбросив его футов на двенадцать, так что он едва не врезался в дальнюю стену.
Пальцы на руках и ногах зажужжали, будто я ударила его каким-то заклинанием, но поскольку это было невозможно, я решила, что это чистый адреналин.
Тэлон не растерялся. Он выпрямился, сосредоточив на мне все свое внимание, словно в мире больше ничего не существовало.
— Ты очень могущественная омега, — тихо сказал он. — Ты станешь нашим величайшим оружием.
— Ни за что на свете, — прорычала я в ответ, но это была лишь напускная бравада. Моя волчица снова погрузилась в мою сущность, и я бы запаниковала, что на этот раз она исчезла навсегда, если бы не чувствовала ее слабый отклик глубоко внутри.
Когда на меня накатила волна изнеможения, я обмякла в объятиях Финли, мечтая лишь о том, чтобы этот день закончился.
Я просто хотела домой, к своей стае.