Шрифт:
— Я всё равно злюсь.
— За что?
— Что не сказал раньше.
— Я собирался. Когда-нибудь.
— Когда-нибудь это очень точный срок, — она усмехнулась.
— Зато я рассказал сам.
— Ну да, ну да. После того как железная гора выдала тебя с потрохами.
— Детали, — отмахнулся я.
Они обе засмеялись.
Вот и всё. Я ожидал слёз, обвинений, страха. Готовился объяснять, доказывать и даже оставить их в покое, если попросят. А они приняли правду быстрее, чем я когда-то принял собственное пробуждение в чужом теле.
Наверное, потому что за это время мы слишком много пережили вместе. После смерти, воскрешения, абсолютной магии и рассказа о Скверне переселение сознания уже не выглядело чем-то невозможным.
— Есть ещё тайны такого же размера? — спросила Аня, вернувшись в кресло.
Я подумал начет деда, но промолчать сейчас это в дальнейшем посеять раскол между нами.
— Есть. — Вздохнул. — Но, не могу рассказать сейчас. Правда не могу. Эта тайна уже не только моя, так что… Но обещаю вам ее рассказать в самое ближайшее время.
— Отлично, — вздохнула Лена. — Значит, скучно не будет.
— Вот за это можешь не волноваться.
Я вздохнул и снова вызвал Куратора.
Его проекция снова появилась у стены.
— Командующий?
— Покажи полную информацию по адаптационной терапии и нейромодулям для Ани и Лены. Расскажи нормальным языком с учетом текущего времени.
— Конечно! — он склонил голову.
В воздухе перед ним возникли три полупрозрачные схемы человеческих тел. ЦИР объяснял долго и к его чести, понятно. Базовая терапия не должна была менять личность, память или магические способности. Медицинские капсулы укрепят каналы, устранят последствия неправильного роста источника, восстановят ткани после прежних травм и подготовят организм к работе с нейромодулем, который он назвал артефактом древних.
Для Ани режим будет облегчённым: никаких агрессивных стимуляторов, никакого ускоренного роста источника, только стабилизация каналов, очистка организма и дополнительная защита ребёнка. Для Лены — с ростом источника и укреплением каналов.
Он объяснил внимательно слушающим девушкам, что нейроимпланты (артефакт древних) тоже не собирались превращать девушек в послушных кукол. В них находились медицинские искины (сущности древних) третьей категории с ограничениями (могучие сущности, но слабее чем у Командующего, но все равно могучие), которые могли следить за состоянием организма, предупреждать об угрозах, управлять оберегом, подключаться к закрытой связи и в критической ситуации перехватывать управление телом для спасения носителя (мага в смертельной схватке).
Последний пункт вызвал у Ани закономерное недовольство.
— То есть эта штука сможет двигать мной без разрешения?
— Только при непосредственной угрозе жизни, — ответил Куратор. — Протокол можно ограничить. Полностью отключать не рекомендую.
— Не волнуйся Ань. Мой артефакт делал такое со мной, когда мне грозила смерть, — сказал я. — Благодаря этому я вообще жив.
— И она может читать мысли? — спросила Лена.
— Внутреннюю речь. Но не всё подряд. Вы будете сами определять, что можно, а что нельзя.
— А разговаривать оно будет?
— Будет, но все зависит от ваших приказов, — улыбнулся я. — Считайте, что поселили в своей голове собеседника, который может подсказать что-то или выполнить что-то. Например, мой артефакт мгновенно определяет наличие магического источника у окружающих и как бы подвешивает над каждым надпись. Еще он все запоминает и у вас не будет проблем вспомнить что-то увиденное или услышанное.
Девушки попросили показать нейромодули.
Я достал из внутреннего кармана две горошины (оберег добросовестно изображал мою прежнюю одежду копируя ее в деталях). Эти устройства, в отличии от имеющихся на базе, Мия проверила, а я ей доверял.
Вот так выглядит возможность подарить человеку вторую жизнь и развитие. Маленькая металлическая бусина, внутри которой спит разум и хранятся знания исчезнувшей цивилизации.
Им можно было отказаться. Более того, я бы понял отказ. Пустить неизвестное устройство в собственный мозг — решение не из лёгких. Но обе согласились после того, как показал управление оберегом. Из мимикрии одежды он стал видимым боевым доспехом древних и в соответствии с моими мысленными командами быстро сменился на стальной доспех, потом на брюки, рубашку и камзол. Женщины есть женщины, и из-за возможности носить на теле фигню, которая может изображать любой наряд и при этом защищать лучше магического щита… Я им правда не сказал, что оберег лучше надевать на голое тело… Пусть сами выяснят. Но потом. Хе-хе.
Мы вернулись в медицинский блок. Куратор выделил на подготовку капсул двадцать минут и перед укладкой в капсулы я ещё раз проверил все условия. ЦИР вывел на экран протокол, Мия просмотрела его и подтвердила отсутствие скрытых процедур.
— Алексей, — позвала Аня, уже стоя возле открытой капсулы. — Мы будем здесь лежать шесть часов?
— Да, милая.
— Не исчезай. Пожалуйста. Я не хочу проснуться без тебя.
Я кивнул и обнял их по очереди.
Помог Ане лечь. Крышка опустилась, но осталась прозрачной. Вторая капсула приняла Лену. Над каждой загорелась зелёная надпись: «ПАЦИЕНТ СТАБИЛЕН». Нейромодули исчезли в приёмных ячейках.