Шрифт:
С одной стороны, все логично. Если баба (точней мужик в этом мире) ломается, надо ее как-то настроить. Включил фильм для взрослых, например, по приколу. Вместе поржали, вместе и полежали. Безотказная правда жизни!
Но тут как-то странно выходит. Во-первых, это чертова книга! Печатное порно я читал пару раз за всю жизнь, да и то, в лохматые девяностые. Во-вторых, мне это нахрен не впилось! Тут и так все горит, хоть с брандспойта туши, а она возбудить меня хочет.
И в-третьих, это для местных мужчин с их, прости боже, менталитетом. Боюсь представить, что за хрень там написана!
Кстати да, что за хрень… Чем возбуждают кобелей в здешних гаремах? Конечно, глупо это читать, но другого выхода нет, в виду отсутствие остальных развлечений. Как говорилось в безинтернетные времена: хорошая передача ваше «Поле чудес».
Недолго думая, я открыл порно книгу, и, рассматривая оглавление, чуть конем не заржал. Не знаю, как для других, но для меня это было пародией. Названия горячего чтива были примерно такими:
«Жена сделала меня грязным шлюхом»
«В плену у коварной драконихи»
«Секретарь для двух властных начальниц»
«Горничный и темная властелина». И прочее…
Как ни странно, но Лилька мне угодила! Возбудиться от такого будет проблематично, а поднять настроение — в самый раз. Пусть думает, что меня это вставило. Может достанет еще пару «сборников анекдотов».
Посмеявшись с названий рассказов, я перешел к основному. Долго не мог сделать выбор, видя весь Камеди Клаб. В конце концов, остановился на магии. Мы в магическом мире, значит надо, так сказать, приобщаться.
Да и название «Брутальная ректорша магической академии» звучало вполне привлекательно, в юмористическом плане, конечно. Решив перейти сразу к делу, я открыл первую страницу рассказа и начал жадно читать.
— Я невзрачный серый мышик без груди, попы и ножек. В родном городе меня просто не замечали. Девушки не предлагали встречаться, а о сексе так вообще речи не было. Я жил и думал лишь об учебе. Но однажды поступило предложение перейти из общей академии в академию магии.
Папа, конечно, был против. Ведь отпускать меня в такую даль слишком страшно. Но строгая мать сказала, что я должен развивать магические способности, а не сидеть дома, как содержанец. Раз уж дочери у нее нет, то я единственная надежда семьи…
Прочитав такой эпизод, я слегка рассмеялся. Отличный образец русской поттеромании, когда книги о маленьком волшебнике были особенно популярны. Тогда, помню, полки ломились от попаданок и попаданцев в магические ПТУ.
Нередко из волшебства в книгах были лишь фокусы по исчезновению члена во рту. Нет, а чего? Магия — для детишек, а секс — для взрослишек. Приятное с полезным тогда совмещали многие начинающие писаки.
Предавшись ностальгии по тем временам, я пролистал несколько первых страниц, где не было ничего интересного. Мой взгляд задержался лишь в середине, где автор во всех красках описывал встречу с той ректоршей.
Выглядело все приблизительно так:
— Ты отстаешь по магическим наукам, дрянной мальчонка! — властно поведя бровью, сказала она.
— Нет, я и правда, стараюсь, — ответил я, покраснев и низко опустив голову.
— Закрой рот, дерзкий пацан! Ты только корчишь из себя всезнайку, а на самом деле плевал на учебу! Но у тебя есть шанс всё исправить.
— Какой? — жалостно протянул я, глядя заплаканными глазами в суровое лицо властной ректорши.
— Все очень просто, мой милый, — заметно добрее сказала она и подошла вплотную.
Я не понимал в чем тут дело. Ведь женщины ещё ни разу ко мне так не подходили. Но тут ректорша обняла меня, прижавшись своей мощной грудью, и поцеловала взасос.
Мне стало страшно, ведь это было просто ужасно. Но выбора у меня уже не было, будь что будет. От поцелуев никто не умрет. Как только освобожусь от ее рук и сисек, так сразу подальше сбегу.
Но это было лишь только начало. Ректорша тяжело задышала, надавила мне на плечи и сказала стать на колени. После чего, она задрала свою юбку и прижала к себе мою голову.
Я не представлял, как все делать. Мой язык до того лизал разве что только мороженое. Но деваться уже было некуда.
Я внезапно стал делать винтовой куннилингус с причмоком, о котором раньше даже не знал, понимая, что это первый и последний раз. Больше такого не повторится. Ведь я не позволю какой-то там ректорше запятнать мою честь.