Я взглянул на бледное лицо девушки, желая все объяснить. Но она лишь сильней вздернула носик, холодно отчеканив:

— Понятно.

После чего, Альма просто ушла. А мне пришлось бежать через комнату, чтоб повернуть щеколду замка. Иначе, тут не гарем, а проходной двор получается.

Вернувшись в кровать, я осмотрелся по сторонам. Может еще жучки стоят или камеры, какие магические? Я свободный гаремный раб, а не какой-нибудь… в общем, ладно.

Посмотрев в окно, я заметил, что уже вечереет. Солнце медленно ползло вниз, заливая покои оранжевым светом. Мне захотелось спать, хотя было еще очень рано. Наверное, все из-за стресса, которого хоть отбавляй.

Прежде чем задремать, я все же дочитал тот рассказ. И концовка была крайне эпичной, а других в подобных произведениях не бывает.

— Ректорша стояла на набережной под свинцовым небом, жадно пожирая глазами мой след. Я вырвался из ее объятий и сисек, дав последний отказ. Теперь она оставалась одна среди кучи смазливых мальчонок, которые вечно заходят к ней в кабинет после занятий. Ну и пусть, такого как я, у нее точно не будет. И бесполезно смотреть вслед уходящей карете.

Я знал, что это был простой сон. Моя мужская честь все равно осталась совсем незапятнанной. Этот мимолетный обман, несчастные каких-то три года… Они не станут камнем преткновения для моей непорочной жизни.

Уверен, я еще найду мужское счастье. Найдётся та женщина, которая примет меня таким, какой я есть. Ведь не важно, что было у парня в прошлом, главное, какой он сейчас — в настоящем.

«Еще та байка на ночь. Я настолько возбудился, что сейчас прям засну», — подумал, усмехнувшись в последний раз.

Потом я разделся до нижнего белья и лег на бок, укрывшись подобием пододеяльника. Вопреки стереотипам, на новом месте спалось просто шикарно. Кровать была в меру мягкой, но при том слегка жестковатой. Она поглотила меня, как портал в другой мир.

Казалось, снова провалюсь не туда, в какое-нибудь новое измерение. Или вернусь назад на помойку, где надо мной будут суетиться врачи и подростки со своими смартфонами, ведь снять умирающего человека — это писк современной моды. А если тот похож на бомжа, то просто сам бог велел.

«Эй, я не бомж, а защитник городской экологии!» — подумал неизвестно зачем, и проснулся.

Судя по ощущениям, прошло больше часа. Я осмотрелся и понял, что уже потемнело. Но в комнате была люстра из каких-то камней, которые горели желтоватым светом, как наши электрические лампочки, но чуть тускнея.

Приятный полумрак умиротворял, хотелось слегка поваляться. Я продолжил лежать на кровати, понимая, что идти просто некуда. Вообще, это странное чувство. Раньше после подъема приходилось куда-то бежать: на работу, учебу, к компьютеру, в магазин, да хоть на сбор тех же бутылок.

А здесь, благодать, да и только. Лежи себе, смотри в расписной потолок. Настоящий рай на земле или нет… тут уж предстоит еще выяснить.

Думая так, я услышал странные звуки. Казалось, что в комнате кто-то есть. Тут же поднялся в постели и заметил Лиэлию, что спокойно копалась в шкафу, разбирая какие-то вещи.

«Залезла даже без стука! И где твое воспитание, дворянинка?!» — подумал с досадой, а после понял, что тут, считай, ее дом.

Еще один минус гарема. Все вокруг принадлежит не тебе. Но о грустном пока лучше не стоит. Если рядом есть красивая девушка, а магические лампы (или что это там) создают интимную атмосферу, можно заняться чем-то более важным, чем нудные размышления.

Увидев свою госпожу, я вспомнил о «дымлениях», что происходили в штанах этим днем. Захотелось отыграться за утро, показав, на что я способен. Точней, мое новое тело, которое пора обкатать по-серьезному.

Конечно, бросаться на Лильку не стал, хотя, такое желание было. Но раз уж тут все иначе, то не стоит ломать устои. Вместо активных действий, я немного закашлялся. Лилька вздрогнула и обернулась. Пожирая меня глазами, она тут же пошла к кровати.

Я скинул покрывало, продемонстрировав прелести молодого тела. На самом деле, это был лишь скелет в растянутых трусах и широкой майке. Но Лиэлии явно понравилось. Она окинула меня вожделеющим взглядом и облизнулась, развязав белый платочек, что покрывал ее шею.

Хотелось встать и сорвать эту ткань, впившись в нежную плоть губами. Но надо было держаться, что я с трудом сумел сделать, изображая подобие девичьей кротости.

— Зашла посмотреть как ты тут, — не отводя взгляда, сказала Лиэлия. — Вижу, рано лег спать. Ты случайно не болен?