Шрифт:
— К общему костру все возвращались погрустневшими и растерянными. Между собой общаться не давали. Хотя тут и без слов всё было понятно: Дар ни у кого не нашёлся. Подошла и моя очередь.
— И о чём вы говорили? — спросил Арон, придвинувшись ближе к собеседнику, точно хищник, внимательно прислушивающийся к звукам леса, чтобы не упустить ни одну деталь.
— О жизни до приюта. О родителях моих, сильно ли я по ним скучаю? Каково это, в один миг потерять семью и оказаться здесь? Что я чувствую, вспоминая своё детство? Как будто разжалобить меня хотел да настроение испортить. Почти получилось, кстати: в какой-то момент стало совсем грустно…
Марк невольно передёрнул плечами и на несколько мгновений замолчал, будто до сих пор не вполне понимал, что именно почувствовал в тот момент.
Но тут вспомнился ты, друг, с Даром твоим проявившимся. Ты так давно мечтал уехать отсюда, и теперь у тебя это получится! Эти мысли с лихвой помогли мне справиться с настроением, которое Ищущий пытался мне навязать. Интересно, зачем ему вообще это понадобилось?
— Да уж, — угрюмо проговорил будущий маг. — Ну и жуткие же у них методы. Хотя, как оказалось, действенные.
— Что за методы? Ты о чём? — Марк непонимающе взглянул на друга.
— Как я понял, Дар проявляется во время сильных эмоций, — заговорщицки понизив голос, начал объяснять Арон, а затем коротко поведал о своём разговоре с Ищущим и Кисаром.
Собеседник внимательно слушал, уставившись невидящим взглядом в одну точку, и время от времени кивал своим мыслям.
— Теперь понятно, почему он так напирал. Ты прав, Арон, действительно странные у магов способы Дар находить.
Марк нервно поёжился и огляделся. Мальчишки и девчонки вокруг притихли, пытаясь подслушать беседу двух друзей.
— Давай потом поговорим, а то все так поглядывают на тебя, неуютно как-то…
Арон понимающе кивнул и вновь принялся за свою невкусную похлёбку.
После ужина ребята поднялись в спальню. Там Арона обступили мальчишки-одногруппники, требуя рассказать о случившейся потасовке. Уже немного отошедшие от разочарования и пришедшие в себя ребята восторженно слушали сбивчивый, но казавшийся таким фантастическим и захватывающим рассказ двух друзей.
Кто-то недоверчиво мотал головой, но, когда увлёкшийся повествованием Арон случайно распахнул своим Даром окно, сомнений в правдивости его слов больше ни у кого не оставалось. К тому же рассказ мальчугана подтверждали многочисленные царапины на полу и другие следы случившегося. Как Арон ни старался, устранить все последствия сегодняшней роковой для него стычки не вышло.
После рассказа виновник произошедшего извинился за то, что при уборке наверняка перепутал подушки и некоторые вещи, но на него никто не обижался. Наоборот, все ребята отнеслись к Арону с уважением и благодарностью.
Внезапно дверь спальни распахнулась, и в комнату без стука уверенной походкой вошёл Дарст. В порывистых движениях теперь к привычной пренебрежительности примешивались подобострастие и самодовольство.
— Арон, мальчик мой! — со слащавой улыбкой заговорил вошедший, отчего его карие глаза странно блеснули. — У тебя нашёлся Дар! Это превосходно! Просто потрясающе! Теперь тебя ждёт большое будущее! Да… Кто бы знал, кто бы знал… А ведь это я тебя учил. Может, это мои праведные речи и пробудили в тебе искру мага!
Однако было видно, что его отношение к вечному шалопаю и спорщику ни капли не изменилось, но в голосе приютского учителя уже начали проскальзывать нотки заискивания и раболепия. Ведь Дарст прекрасно понимал сложившийся в империи расклад вещей, в котором маги занимали особое положение. Поэтому и придерживался негласных сословных различий. Наверное, уже подсознательно.
— Естественно, пороть я тебя не буду, не волнуйся. А вот ты, Марк, сейчас ответишь за свой длинный язык. Ну-ка, иди сюда!
С этими словами Дарст в приглашающем жесте развёл заведённые за спину руки, в одной из которых находился его любимый инструмент — длинный упругий прут.
Арону и остальным ребятам эта вещь была хорошо знакома. Даже слишком хорошо. Следы от предыдущего наказания Дарста у него не зажили до сих пор. А особо сильные удары после прошлых «уроков» наставника зарубцевались и превратились в тонкие ниточки шрамов на спине.
В комнате повисла напряжённая тишина.
Марк медленно встал с кровати и с явной робостью подошёл к учителю, еле перебирая ногами. И без того невысокий, он скрючился так, что тёмные волосы закрыли лицо — казалось, он добровольно идёт на эшафот под сочувственными взглядами одногруппников.
Лицо Арона побелело.
— Уважаемый Дарст! А может, не надо? — выкрикнул он звенящим голосом.
— Как это, не надо? — удивился наставник. — Ещё как надо! Чтобы на всю свою оставшуюся жизнь запомнил, каково это — умничать и пререкаться!
— Он же меня защищал! — не унимался Арон и даже сделал пару шагов навстречу учителю. — Лишь подтвердил мои слова. Значит, вина за пререкания не на нём лежит, а на мне! Сам-то он ни при чём!
— Ты маг. Пускай и будущий, а Марк-то нет! Ему рот открывать без разрешения не положено, а уж тем более спорить с наставником! И, что гораздо существеннее, — так вольнодумно рассуждать о деяниях империи!