Шрифт:
Он покачал головой, его рога блеснули в лунном свете.
— Я не знаю.
— Скажи мне, что ты знаешь, демон, или я принесу тебя в жертву Танатосу, раз уж с козлом ничего не вышло.
— Я не знаю, где его найти, но есть король фейри. Он с огненными волосами. Он держит Маху под землёй. Под водой.
Воткнув лезвие чуть глубже, я спросила:
— Где под землёй?
— Один из генералов Балероса, король Локрин, охраняет королеву Маху. Под волчьей могилой. Вы никогда не доберетесь до Локрина. Его защищают bean nighe и Каоранах.
Я понятия не имела, что означает половина из этого.
Демон в отчаянии огляделся по сторонам.
— Но я никогда не назову его имени. Я скорее умру, чем назову тебе его имя! — отважно закричал он в небеса.
— Ты уже называл имя Балероса, тупица, — сказала я. — Что ещё ты знаешь?
— Это всё, что нам нужно, — сказал Руадан. — Возможно, тебе стоит отойти от демона.
Я отпрыгнула от лорда Гамигина, и в этот момент магия Руадана сжалась, пронзив тело демона насквозь. Времени хватило только на последний крик, а затем на бульканье. Руадан полностью разорвал его на части.
Я скривила губы.
— Я могла бы просто воспользоваться ножом. Честно говоря, я не знала, что в тебе есть такая жестокость.
Руадан уже повернулся к нам спиной, направляясь к выходу.
— Ты можешь сказать мне, куда мы направляемся? — окликнула я. — Что там насчёт волка?
— Уайтчепел.
Джек-потрошитель, бары для хипстеров, заключённые королевы фейри. Случалось ли когда-нибудь в Уайтчепеле что-нибудь хорошее?
Моё сердце колотилось в груди, как военный барабан, и я смотрела на Руадана, мужчину, который разрушил мой мир, того, кто хотел убить меня. Мои пальцы судорожно сжимали рукоять моего ножа.
День, когда Руадан появился в нашем мире, стал днём, когда всё изменилось. Мы вели скучную семейную жизнь, спрятавшись в нашем собственном маленьком королевстве, в маленькой деревушке фейри. Мы пекли пироги, играли в лесу. Я думала, что мой папа такой же фейри, как и все мы.
Затем всему моему миру пришёл конец. Мой отец — бог смерти — убил всех, кроме меня. Как получилось, что он пощадил меня? Неужели я была так похожа на него, что сама была ангелом смерти?
У меня было предчувствие, что мрачная история Уайтчепела сегодня вечером не станет светлее.
Глава 10
Наши шаги эхом отдавались от тротуара, пока мы двигались на север через город. Девятнадцать часов до того, как смерть настигнет город.
Магия страха Руадана всё ещё была со мной, и в моём сознании вспыхивали образы крови моей матери на земле, алых капель на колокольчиках, разметавшихся рыжих волос…
— Я всё ещё слышу, как бьётся твоё сердце, — сказал Руадан.
Может, его сердце и не колотилось так сильно, но он выглядел таким же напряжённым, как и я, каждый его мускул будто окоченел, в воздухе вокруг него витали тени.
Я мило улыбнулась.
— Как насчёт того, чтобы я остановила биение своего сердца, чтобы оно тебя не беспокоило?
Он бросил на меня пронизывающий взгляд.
— Полагаю, твоё сердце никогда не бьётся слишком сильно, не так ли? — сказала я. — С таким же успехом у тебя могло его и не быть.
Руадан, полубог тьмы, обладающий ледяным контролем. Так много всего в нём пугало меня, и я не могла заставить себя высказать вслух ни одну из своих мыслей.
— Что тебя беспокоит? — спросил он наконец.
Моё сердце забилось быстрее. «Ты исцелил меня. Ты разрушил мой мир. Ты спас мне жизнь. Ты хочешь убить меня. Однажды правда выплывет наружу, и одному из нас придётся пролить кровь первым. Один из нас умрёт. Однажды правда выплывет наружу, и мне придётся встретиться с ней лицом к лицу…»
К горлу подступила тошнота, и я согнулась пополам, судорожно глотая воздух. В желудке ничего не осталось, но меня вырвало прямо в канаву. В конце концов, я пробормотала:
— Пока смерть не разлучит нас.
— Что ты сказала?
— Я спрашиваю, что такое древесная марионетка? Это реально существует?
— Нет.
«Аааа. Значит, это чувство юмора Руадана». Я вытерла рот дрожащей рукой.
— Твоя магия не лучшим образом на меня влияет. Заклинание, которое ты использовал в пабе.
— Когда-нибудь тебе придётся встретиться лицом к лицу с самой собой.
Я застыла на месте.
— Пожалуйста, скажи мне, что ты не можешь слышать мои мысли.
— Не могу. Но я узнаю чувство вины, когда вижу это.