Шрифт:
Сун Цинлань вкратце дал всем представление о том, о чём они говорили, и решил опустить часть о выборе Цзи Юйши.
Чжоу Минсюань с маленькими глазками, который до сих пор не проронил ни слова, наконец спросил:
— Капитан Сун, ты знаешь, куда мог пойти Советник Цзи?
Все удивились. Сун Цинлань знал?
Сун Цинлань не отрицал, но и не признавал этого.
Остальные могли сказать по его выражению лица, что им не следует продолжать спрашивать об этом, но, поскольку он слишком хорошо знал его, Чжоу Минсюань не боялся.
— Расставаясь в центральном блоке, ты попросил Советника Цзи подождать тебя и сказал, что есть кое-что важное, что ты хочешь, чтобы он серьёзно обдумал, — сказал Чжоу Минсюань. — Если бы ты не сказал: «В тот год я пойду с тобой», я бы подумал, что между вами что-то происходит.
— Чёрт, атмосфера в то время действительно казалась довольно весёлой, — прокомментировал Дуань Вэнь. — Не могу поверить, что не заметил этого.
— Плюс один, — Тан Лэ поднял руку.
— Это было не похоже на разговоры о делах бизнеса, а скорее на ухаживание за кем-то, — так думал даже Тан Ци. — Я видел, как Ли Чунь флиртовал с цыпочками. Это было похоже на это.
Сун Цинлань: «……»
Уголки губ Чжоу Минсюаня дёрнулись, и он рассмеялся. Он спросил:
— Так что, Советник Цзи забрал свою награду и отправился в другое время и место?
Все успокоились. Независимо от того, какой выбор сделал Советник Цзи, как только двери закрылись, это был вопрос, касающийся Седьмого отряда.
Пока Сун Цинлань хотел, он мог иметь дело с этой группой людей.
Но никто из них не был идиотом, и они также искренне беспокоились о Цзи Юйши.
Сун Цинлань неясно хмыкнул.
Тан Ци сказал:
— Этого не может быть. Я думал, Советник Цзи согласился подождать Капитана Сун?
При этом все присутствующие вспомнили момент перед расставанием.
Тан Лэ покачал головой.
— Сначала он не согласился, но потом, похоже, согласился.
Дуань Вэнь:
— Сказал что-то вроде «хасоламу»?
Тан Лэ:
— Да, именно это. Разве это не означало что-то вроде надежды, что всё идёт хорошо?!
Пока все шумно обсуждали, виски Сун Цинланя начали пульсировать.
— Вы, ребята, должно быть, не так расслышали. — В этот момент Ли Чунь, сидевший на корточках на полу, слабо поднял руку. — Просто… «Хасоламу» означает «ты мне нравишься».
Все: «!!!»
В одно мгновение тренировочная площадка стала такой тихой, что можно было услышать звук падающей на землю булавки.
Сун Цинлань опустил руку, массирующую виски, и напряжённо повернул голову.
— Что ты сказал?
Ли Чунь посмотрел на Сун Цинланя и, вспомнив посттравматическое стрессовое расстройство своего капитана, сказал с виноватой совестью:
— Мне было чертовски скучно в космической капсуле, и я не мог проводить всё время на вечеринках, поэтому я выучил несколько слов у Большой Бороды. Когда я вернусь, то буду использовать это, чтобы флиртовать с цыпочками, — затем он быстро добавил: — Но как Советник Цзи мог так сказать! Меня там не было, и я также мусор обучения… Твоё произношение тоже неточное, так что я уверен, что совершил ошибку!!
Глава 76. Это то, о чём я хочу спросить
— Ха, тогда ты определённо ошибаешься, — Тан Лэ был очень уверен в своём понимании ситуации, он продолжил: — У Советника Цзи есть парень, и это даже оказалась любовь с первого взгляда. Как он мог случайно сказать что-то подобное?
На станции пересылки, в иллюзорном мире Сун Цинланя, он лично говорил об этом с Цзи Юйши. Помимо Тан Лэ, это также слышали Тан Ци и Сун Цинлань.
Дуань Вэнь тогда не присутствовал. Он немного удивился:
— У Советника Цзи есть парень?
Тан Ци засвидетельствовал:
— Да. Я также слышал, как он говорил об этом.
Ли Чунь был ещё больше смущён, когда услышал это. Ему хотелось забрать те слова, что он только что произнёс.
— Ах, тогда я определённо совершил ошибку! Пожалуйста, не позволяйте Советнику Цзи узнать об этом, иначе он точно будет злиться на меня!
Тан Лэ:
— И ты хотел использовать это, чтобы флиртовать с цыпочками?
Все высмеивали Ли Чуня, заставляя того горько хмуриться. Однако он не мог обелить своё имя. Этот мусор учёбы не верил в свои способности к обучению и после всех этих вопросов и сомнений в нём стал ещё более уверен в том, что это именно он сделал ошибку.