– Я не забыла, – сказала девушка. – Я и сейчас счастлива, как никогда.

Позже Дэвид спросил девушку:

– Где же вы остановились?

– Боюсь, нигде.

– Вот как? Это плохо, – сказал он и почувствовал, как за столом, точно натянутая струна, воцарилась напряженность. Он взглянул на девушку, опустившую глаза так, что ресницы касались щек, потом на жену. Кэтрин посмотрела ему прямо в глаза и сказала:

– Она хотела вернуться в Париж, но я предложила ей пожить здесь, если у Ороля найдется еще комната. Я пригласила ее пообедать у нас, посмотреть, понравится ли она тебе и понравится ли здесь ей. Дэвид, она тебе нравится?

– Это не клуб, – сказал Дэвид. – Здесь гостиница. – Кэтрин отвернулась, и он поспешил ей на помощь, продолжая как ни в чем не бывало: – Конечно же, вы мне очень нравитесь, и комната у Ороля наверняка найдется. Он будет безумно рад еще одному постояльцу.

Девушка сидела, не поднимая глаз:

– Пожалуй, не стоит.

– Ну побудь несколько дней, – сказала Кэтрин. – Мы с Дэвидом будем очень рады. Мне так скучно одной, когда он работает. Мы отлично повеселимся, как сегодня утром. Скажи ей, Дэвид.

«К черту ее, – подумал Дэвид. – К дьяволу».

– Будьте умницей, – сказал он. – Позови месье Ороля, – обратился он к прислуге. – Сейчас узнаем насчет комнаты.

– Вы правда не возражаете? – спросила девушка.

– Стали бы мы просить вас, – сказал Дэвид. – Вы нам сразу понравились. К тому же вы так привлекательны.

– Я постараюсь быть полезной, – сказала девушка. – Я что-нибудь придумаю.

– Будьте так же счастливы, как в момент вашего приезда, – сказал Дэвид. – Этого достаточно.

– Я уже счастлива, – сказала девушка. – Я бы выпила мартини. За руль мне теперь не садиться.

– Выпьешь вечером, – сказала Кэтрин.

– Как хорошо. Можно, мы пойдем посмотрим комнаты и покончим с делами?

Дэвид подвез Мариту в город, чтобы забрать ее чемоданы и большую старенькую «изотту» с открывающимся верхом, оставленную в Каннах у входа в кафе.

По дороге она сказала:

– У вас очаровательная жена, я в нее просто влюблена. Она сидела рядом на переднем сиденье, и Дэвид не видел, залилась ли она румянцем.

– Я тоже в нее влюблен, – сказал он.

– А я и вас люблю, – сказала она. – Это плохо?

Он убрал одну руку с руля, обнял ее за плечи, и она прильнула к нему.

– А вот увидим, – сказал он.

– Хорошо, что я поменьше.

– Меньше кого?

– Кэтрин, – сказала она.

– Это еще что за вздор?

– Я хотела сказать, я подумала, вам может понравиться кто-нибудь моего роста. Или вы любите только высоких?

– Кэтрин не такая уж высокая.

– Конечно же, нет. Я только хотела сказать, что я поменьше.

– И к тому же темноволосая.

– Да, мы будем хорошо смотреться вместе.

– Кто это мы?

– Я и Кэтрин, я и вы.

– Да уж!

– Что вы хотите сказать?

– Я хочу сказать, что раз мы все вместе и все хорошо выглядим, то нам ничего не остается, как хорошо смотреться всем вместе.

– Да, мы уже вместе.

– Нет. – Он вел машину одной рукой, откинувшись на спинку сиденья, и смотрел вперед на дорогу, дожидаясь, когда появится перекресток. – Мы всего лишь едем в одной машине, – сказал он.

– Но я чувствую, что нравлюсь вам.

– Понравиться мне не сложно, только это мало что значит.

– Кое-что значит.

– Только то, что я сказал.

– Что-то очень приятное, – сказала она и замолчала, и они сидели так, пока не свернули на бульвар и не подъехали к потрепанной «изотте-фраскини», стоявшей под старыми деревьями у входа в кафе.

Улыбнувшись, она вышла из маленького голубого авто.

После того как девушка устроилась в двухкомнатном номере, Кэтрин и Дэвид остались вдвоем в своей комнате, слушая, как шумят на ветру кроны сосен.

– Думаю, ей будет удобно, – сказала Кэтрин. – Правда, лучшая комната, если не считать нашей, та, в дальнем конце, где ты работаешь.

– Я не собираюсь ее уступать, – сказал Дэвид. – Не собираюсь, черт побери, и не уступлю комнату ради какой-то заграничной сучки.

– Ты что так разбушевался? – сказала Кэтрин. – Никто тебя об этом не просит. Я только сказала, что твоя комната лучше. А эти две рядом с ней тоже вполне подходят.

– Да кто она такая, в конце концов?

– Не заводись. Славная девочка, и мне она нравится. Конечно, непростительно было привести ее, не спросив тебя. Я виновата. Но что сделано, то сделано. Я думала, ты будешь доволен, если у меня появится подружка. Всего лишь приятельница, чтобы не скучать, пока ты работаешь.