Возможно, использование настолько мутного навыка, как Покров в непосредственной близости от настолько мощной твари было не самым умным решением. Возможно, у Пастыря просто имелись козыри, которые он приберег на черный день — например, такой как сегодня. Ну или еще какие варианты, вплоть до фазы луны, это уже неважно.

Важно другое — по паутине, моей паутине, уже немного восстановившейся и укрепившейся, прошла волна, поток чужой энергии. Не сырой и фоновой, как океан энергии разлома. А, если уже продолжать аналогию — как поток, направленный брандспойтом. Вымывающий мою волю, мой контроль, мое «я» из организма.

[Внимание. Обнаружено стороннее вмешательство в энергетическую структуру носителя.]

[Источник вмешательства: не идентифицирован. Ранг источника: недостаточно данных для оценки.]

[Попытка блокировки… неудачно.]

Спасибо. Я и сам догадался, что какая-то нездравая херня происходит.

[Попытка блокировки… неудачно.]

[Попытка блокировки… неудачно.]

Да понял я, понял! А делать то что?

Мысли в тяжелеющей голове заметались, как тараканы под включённой лампой. Сбросить Покров? Тогда меня атакуют твари, в одно рыло от такого количества я не отмашусь. Уйти Рывком? И куда — назад в лагерь так себе идея, в объятия к барону — еще более так себе, явно может неправильно понять. Заорать «Я свой»? Так с виду особо и не скажешь, могут не поверить — а водно рыло…ну, вы поняли.

«Тише» — пришёл сигнал, команда по этому непонятному каналу связи. Без, собственно, слов, без голоса или интонации — но посыл считывался однозначно, подкрепленный давлением на волю и разум. «Слушай». «Подчинись».

Как-то не нравилось мне это, сука, дежавю. И эти сраные флешбеки тоже нихренашечки не нравились, я и без них хорошо помнил, чем закончилось сочетание меня, ныне покойного барона и не мной управляемой силы Разлома. Хреново все закончилось, для барона так уж точно. Да и мне не сказать, чтоб с того сплошные плюсы были… А если и второй барон немножко сдохнет при моем скромном участии, то есть некоторые сомнения, что получится отмазаться. Крохотные такие сомнения, совсем чуток.

Второй барон, кстати, стоял в нескольких шагах…когда я так близко успел подобраться, было ж точно раза в два больше, если не три… Барон медленно, но верно дожимал Пастыря, аналогично его гвардейцы выбивали лезущих в хозяйскую драку и просто неосторожных тварей. Чаша весов неуклонно склонялась в сторону людей, не подозревавших, что заряженную пушку в моем обличье уже наводят на волосатую баронскую жопу, и уже практически готовы нажать на спуск.

Сопротивляться особо не получалось, я даже сам факт давления на разум ощущал чисто внешне, да и не разбирался я в менталистике, или что оно такое. Но я ж не дурак…вроде бы, меня всегда преследуют умные мысли. Иногда даже догоняют. И вместо того чтобы упираться, сопротивляться заведомо превосходящей силе- я поддался. Не сразу -слишком было бы подозрительно, трепыхнулся для виду, заодно проверив реальную возможность сопротивления. Потом еще разок, демонстрируя отчаяние утопающего, готового хвататься хоть бы и за свои яйца. Невидимая рука почуяла это, надавила сильнее — и я «сломался». Обмяк. Перестал дёргаться, принял неизбежное и позволил вести меня.

Ноги пошли сами, я в этом практически не участвовал, наоборот — старательно делал вид, что не имею возможности ничего контролировать. Из плохих новостей — процентов на восемьдесят это было правдой. Из хороших — только на восемьдесят процентов. Я двигался медленно, заплетаясь и шагая невпопад, словно после хорошей пьянки — а под этой маскировкой лихорадочно работал, так быстро и качественно, как никогда до этого в обеих жизнях. Паутина, моя паутина послушно раскрывалась под чужим воздействием, каналы наливались энергией, холод Разлома копился в моем «Я» стылой ноющей массой… А я понемногу вплетал свою волю в эти каналы, по капельке отводил энергию, готовился хоть на мгновения — но перехватить контроль. Незаметно, по копеечке, как умные люди отщипывают от бюджетных денег, не жадничать меня в свое время хорошо научили, доходчиво.

Шаг. Еще шаг.

Барон меня видел, не мог не видеть — даже для тварей я был не незаметен, скорее не интересен. Но никаких действий он не предпринимал — то ли не считал особо опасным, то ли все же считал хоть и мутным — но своим. Если так — то спасибо, дядя. Постараюсь не разочаровать. Его оппонент уже точно считал меня союзником…вернее, подчинённым, и почуяв прибытие подкрепления, поддал жару. Вернее, холоду. Волны и жгуты пошли чаще. формируясь быстрее и атакуя мощнее. Конечности-лезвия прибавили в темпе, завертев перед Веттским сплошную мельницу, вынудив того разорвать дистанцию и отступить, пожертвовав парой бойцов из свиты.

Пять шагов.

Вблизи Пастырь смотрелся еще хуже, чем издалека. Не в смысле, что он уродец — хотя и это тоже, а что он, очевидно, был не в форме. И я его достал вчера, но в основном, конечно, потрепал барон. Старая желтая кость в паутине трещин, из которых сочилась какая-то дрянь. Минимум четверть пластин безжизненно провисли, часть из них тлела, источая удушливый дым. Наконечник тварь так и не вытащила, и огневик этим пару раз воспользовался — от него расползлось черное пятно ожога.