Шрифт:
Могло быть и хуже: я могла бы быть на месте Финли, который был совершенно голый. Сомневаюсь, что он рискнул бы снова обратиться в медведя и застрять, тем более что я бы ему больше не помогла. В следующий раз он будет выпутываться сам.
По мере того как притяжение моих пар в груди становилось все сильнее, присутствие моей волчицы накатывало тяжелыми волнами. Земля дрожала под моими ногами, а когда грохот сотряс небо над головой, я перешла на бег. Холод воздуха исчез под натиском огня свыше, и я была почти уверена, что увижу в небе, когда выберусь из-за деревьев.
Мне потребовались все остатки моего рассеянного внимания, чтобы не споткнуться о корявые корни и торчащие кусты, и даже когда волосы зацепились за ветки, я не остановилась. Еще один грохот заставил меня пошатнуться, когда оглушительный рев расколол воздух вокруг.
Мое лицо горело, и я не сомневалась, что оно порозовело от неестественного жара. Каждый вдох обжигал легкие, и я боялась, что к тому времени, как я найду свою стаю, будет уже слишком поздно, чтобы остановить то, что там происходит.
Это событие войдет в учебники истории. Первое в своем роде.
Настоящая, клянусь богиней, битва драконов, и я понятия не имела, как помешать им убить друг друга — и всех нас заодно.
ГЛАВА 11
СЛЭЙД
Мы быстро пересекли страну и добрались до Техаса. Как бы сильно мне ни хотелось обратиться в дракона и укрыться от тяжелых эмоций, связанных с потерей моей омеги, я отказывался выматывать себя до нашего прибытия.
Я понятия не имел, чего ожидать и насколько трудно будет их найти. Ни один из моих поисков не выявил никакой собственности, принадлежащей Блэйну или его стае в Марфе, штат Техас. Где бы они ни держали Эмми, это место было полностью вне зоны доступа, без зарегистрированного электричества или водопровода.
Нам предстояло выслеживать их по-старинке, надеясь на помощь осязаемой связи между Хантером, Келланом и Эмми. Связи, которой у меня еще не было, а может, и никогда не будет, и на этот раз я был благодарен, что не страдаю вместе с братьями. Мне нужно было сохранять ясную голову, находясь на вражеской территории.
Во время полета Хантер задумчиво смотрел в окно, сложив руки домиком. Его лицо ничего не выражало, но глаза пылали золотом — он был на грани. Я никогда не видел его так близко к срыву, а полная потеря контроля заставила бы его совершать ошибки.
Ошибки, которые могли навредить Эмми.
Вот почему я был полон решимости оставаться как можно более спокойным, несмотря на ярость, закипавшую у меня в животе.
Келлан принялся расхаживать по салону самолета, потирая грудь круговыми движениями. От них обоих исходили скорбь, боль и отчаяние, и я не мог даже представить, как тяжело было обрести с ней связь, а затем потерять ее, когда я сам едва сдерживался, чтобы не обратиться и не разнести к чертям этот самолет.
Эмми так безупречно забралась мне под кожу, что я и не заметил, как это произошло. Когда она только появилась, она была для меня лишь любопытным объектом, и я понятия не имел, приму ли я эту чужачку в нашей стайной жизни или уничтожу. Это любопытство вскоре переросло в одержимость: я обнаружил, что слежу за каждым ее шагом, как в цифровом мире, так и в реальной жизни.
Все в ней заставало меня врасплох: от того, как загорались ее глаза и она запрокидывала голову, когда смеялась от чистого сердца, до сосредоточенности на ее лице, когда она пыталась разобрать слова. Она и не подозревала, насколько сильна, но я это видел. Я видел это каждый божий день.
Черт, я знал ее лицо лучше своего собственного: ее загорелую кожу и веснушки, которые мог бы нарисовать по памяти во сне, а еще ледяную синеву ее глаз и клубничный оттенок в волосах.
Я знал ее… и все равно, блядь, потерял.
Воспоминания о нашей войне розыгрышей были одними из лучших в моей жизни, но я не мог допустить, чтобы это повторилось. Меня позабавило, когда она отключила камеры, и я не стал их включать, чтобы испытать ее розыгрыш на себе, ничего не зная заранее.
Мои эгоистичные желания привели к тому, что ее похитили и причинили ей боль.
Я еще не знал, во что ей в полной мере обошелся мой выбор, но скоро узнаю. Я лишь надеялся, что смогу жить с последствиями своих действий. Одно я знал наверняка: это больше никогда не повторится.
Наша пара, может, и думала, что за ней следили раньше, но это было ничто по сравнению с тем, как пристально я буду наблюдать за ней теперь. Каждый шаг. Каждый вздох. Каждую, блядь, секунду. Она моя.
В динамиках раздался голос пилота, сообщившего, что мы готовимся к посадке и просит занять свои места. Келлан полностью его проигнорировал, рыча и ворча, пока топал по проходу. Хантер продолжал хмуро вглядываться в темное небо, где утреннее солнце еще не пробилось из-за горизонта.
Мы направлялись на частный аэродром, за использование которого заплатили целое состояние, сохранив наши имена и название организации в тайне от всех документов. Мы не стали бы рисковать Эмми, дав этим ублюдкам знать о нашем прибытии заранее.