Хилс Темми
Шрифт:
— Целоваться с тобой совсем не просто…
— А тебе нравится, когда все просто? Ей нравилось, когда она владела ситуацией, а сейчас на это нет даже намека.
— Мне…
Он припал губами к ее губам, не дав ей договорить. Его руки скользнули вверх по ее спине и, зарывшись в волосах, сжали ладонями голову. Не в силах пошевелиться, она не сопротивлялась, когда он запрокинул ее голову назад. Тихий, беспомощный крик сорвался с ее губ. Она хотела оттолкнуть его, но в результате еще теснее прижалась к нему.
Его язык проник сквозь ее губы, и Рэйчел испугалась появившихся у нее ощущений. Она словно прикоснулась к холодному шелку. Легкий запах вина, запах мужчины, запах страсти пронизывал с головы до ног. Перекрывая звук бешено стучащего сердца, до ее слуха долетел отдаленный вопль мисс Бастет. Рэйчел хотела освободиться от объятий, но не смогла и лишь сильнее прильнула к нему, отвечая на его поцелуй.
— Мучительный стон вырвался у него. Необъяснимое ощущение овладело ею, превратившись в тугой узел в области живота. Она сделала вдох и закрыла глаза, чтобы понять, что с ней происходит. Его руки еще сильнее стиснули ей талию, надежными, крепкими руками он прижимал ее к себе.
У Рэйчел подгибались колени. Она не должна делать этого, не должна испытывать столь страстного желания!.. Безусловно, он вызывает у нее любопытство, но она не настолько глупа, чтобы связаться с ним. Он совершенно незнаком ей, и к тому же скрытен и недоступен, словно тень, не имеющая ни начала ни конца.
— Джексон… — прошептала она, сама не понимая, то ли это просьба остановиться, то ли мольба не прекращать.
Его ладонь взметнулась к ее груди. Рэйчел содрогнулась и запрокинула голову. Он прижался лицом к изогнутой шее, покрывая ее нежными поцелуями. Большой палец его руки скользил по шелку блузки, дразня и заставляя груди трепетать и наполняться жаром. Она бессознательно подалась навстречу его руке и содрогнулась, когда рука, лаская, сжала грудь.
Губы Джексона еще сильнее прижались к ее губам, поцелуй становился безудержно страстным, пугая ее своим неистовством. Ей казалось, что ее тело сливается с его телом. С одной стороны, это мало заботило Рэйчел. Ей хотелось в паяной мере ощутить разбуженное им страстное желание, доселе незнакомое. С другой стороны, приходилось противиться этому из опасения уронить себя в глазах абсолютно незнакомого человека.
— Джексон, пожалуйста…
Он слегка отпрянул от нее. Ему, как и ей, не хватало воздуха, и, тяжело дыша, он прижался лбом к ее лбу. Рэйчел, стиснув руками его предплечья, почувствовала, как напряглись его мышцы.
— Рэйчел? — послышался женский голос из прихожей. Словно по команде, они одновременно повернули головы к входной двери. Тот же голос раздался снова:
— Рэйчел? Где ты, дорогая?
— Кто это? — хриплым шепотом спросил Джексон.
— Моя мать.
Споткнувшись о мисс Бастет, обвившуюся вокруг ее ноги, Рэйчел успела отскочить от Джексона прежде, чем Эмили переступила порог веранды.
— Неужели ты забыла закрыть входную дверь? — пробурчал Джексон себе под нос.
— Вот ты где. — Мать, в белом летнем платье и джинсовой безрукавке, влетела в комнату. Не замедляя шага, она с протянутой для рукопожатия рукой прямиком направилась к Джексону. — Должно быть, тот великолепный «ягуар», что стоит во дворе, принадлежит вам. Меня зовут Эмили Голд, я мать Рэйчел.
— Рад знакомству, мэм, да, конечно, это моя машина.
Пожав ей руку, Джексон представился.
— Надеюсь, я вам не помешала? — Взгляд Эмили скользнул по Рэйчел, Джексону и стоящим бокалам. Не успела Рэйчел собраться с мыслями, чтобы ответить, как послышался новый вопрос Эмили:
— Вы давно знакомы с моей дочерью?
— Мы познакомились на вечеринке у Дональдсонов на прошлой неделе.
Румянец вспыхнул на щеках Рэйчел, заметившей, что мать внимательно изучает рубашку Джексона, измятую в тех местах, где она сжимала ее, зажав в кулаках.
— Мистер Дермонт собирался уходить, мама.
— О, какая жалость!..
— Да, мне пора, — заявил Джексон, сверля Рэйчел взглядом.
Та застенчиво улыбнулась, но не решилась заглянуть ему в глаза из опасения, что появившийся на щеках легкий румянец станет пунцовым.
— Я провожу тебя.
На крыльце она замялась, зная, что мать постарается подслушать их разговор. Эмили, похоже, уделила присутствию Джексона в доме больше внимания, чем следовало, и потому Рэйчел прикрыла за собой дверь.
Положив руки в карманы, Джексон спустился с крыльца на дорожку.
— Я кое-что узнал о тебе сегодня, — сказал он, безотрывно наблюдая за ней. — Ты вовсе не такая сдержанная, какой стараешься казаться.
Сдержанность? Данное качество к ее теперешнему состоянию имеет весьма отдаленное отношение. Ее чувства напоминают собой распутанный моток пряжи, разбросанной по полу.
— Я тоже кое-что узнала о тебе…
— Правда?
Загадочная улыбка мелькнула у него на губах. — Ты совсем не так безразличен ко всему, как пытаешься изобразить.