Стееман Станислас-Андре
Шрифт:
— Ни за что. Я не хочу уезжать из Шанхая. Именно теперь. Я хочу знать точно, что произошло в ночь с 12-го на 13-е. Хочу… хочу, чтобы убийца заплатил за все сполна!
В эту минуту кто-то царапнул дверь снаружи. Пленники переглянулись, затаив дыхание.
— Что там такое? Кто бы это мог быть? — еле слышно прошептал Стив.
— Откройте! Это я, Лидия! — ответил женский голос за дверью. — Вы там одни?
— Да-да, одни! Отпирайте быстрее!
Ключ повернулся в замке, и вошла Лидия. Левой рукой, через которую была переброшена шубка, она держала чемодан, правую, засунутую до того в карман плаща, вытащила, едва переступив порог, и протянула Стиву. На ладони лежал тяжелый черный предмет.
— Мне надо было ответить: мы с пистолетом! Вы собрали вещи?
Стив кинулся к ней с распростертыми объятиями.
— Солнышко мое! Рыбка золотая! Я должен вас поцеловать!
Но Лидия шарахнулась от него, как от зачумленного.
— Эй! Потише, потише! Чего это вы так возбудились? И вообще я терпеть не могу небритых мужиков. То, что я сделала, я сделала из-за Ли и… — она тряхнула шубкой, — и из-за своей выдры!
— Неважно, почему вы это сделали! Когда мы сможем вместе поужинать? Вы просто обязаны пойти со мной в ресторан после… после того, как оказали нам такую услугу!
— Может, нам сначала выбраться отсюда?
— Точно, сначала — это. Ну-ка, пошли гуськом, и постарайтесь не высовываться из-за моей спины! Да, кстати, а как обращаться с этой вашей штукой? Просто нажать вот тут?
— Да, но поосторожнее! Шума будет много…
Они вышли в пустой коридор, добрались до площадки и стали тихонько спускаться по лестнице. Им удалось пройти почти до последней ступеньки, когда Ли, сидевший, как обычно, за колченогим столом у двери, поднял глаза.
Секунду или две в тишине еще раздавался скрип его пера, которое продолжало бежать по бумаге, заканчивая начатое слово, потом китаец спросил с неподдельным интересом:
— Тепе'ь ваша научилась п'оходить че'ез запе'тые две'и?
Стив быстро подбежал к нему.
— Приготовьте счет. Мы уходим.
Ли отложил перо и захлопнул регистрационную книгу.
— Нехо'ошая погода. Ст'ашно много солнца. Жа'а. Ваша п'обудет тут еще немножко.
— Не волнуйся, — расхохотался китайцу в лицо Стив. — У нас есть зонтики! — И выставил вперед пистолет.
В ту же секунду женщины хором закричали:
— Стив! Стив! Берегитесь! Тао!
Стив живо обернулся, но сразу же оказался лежащим вниз лицом на полу вестибюля. Пистолет, выпавший из его руки, валялся на расстоянии метра от него.
— А тепе'ь уда'ь его по голове! — тяжело поднимаясь, посоветовал своему телохранителю Ли, а потом, обратившись к Стиву, добавил, осклабившись. — Твоя совсем забывать, что Тао — п'офессо' дзюдо!
Тао вмазал Стиву каблуком по правой щеке так, что тот покатился по ковру. Китайцы двинулись следом. Но Стив схватился двумя руками за ковер и изо всех сил дернул его. Ли и Тао упали. Самое неприятное для обоих было то, что Ли всей своей массой обрушился на Тао.
Стив мгновенно вернул себе оружие.
— Нет, моя совсем забывать предупредить твоя, что я на самом деле — чемпион по вытягиванию ковров из-под ног желтопузых! Поняли, гады? — Он поднял глаза на Флориану и Лидию: — Любовь моя, слабость моя… А теперь, если хотите…
Глава восемнадцатая
Капитан Суби хотел было поспорить, но Малез немедленно взял инициативу в свои руки.
— Международный Отряд по Борьбе с Наркотиками! — объявил он и сунул Суби под нос официальные документы, где китайским правительством были четко определены полномочия комиссара. — Читайте — завидуйте! — Потом повернулся к желтолицым в мундирах, смиренно ожидавшим его указаний: — А вы, валяйте, начинайте! Сами знаете, что надо делать!
Солдаты бегом бросились в трюм, а Малез направился в каюту капитана.
Не прошло и получаса, как один из китайцев постучал в дверь, вошел и, щелкнув каблуками, отрапортовал:
— Комисса'у будет угодно п'ийти? Сю-Чуен нашел…
Малез проследовал в трюм. Солдаты вскрыли пока лишь несколько ящиков, но зато явно те, которые и надо было вскрыть.
Судя по накладным, груз был предназначен для некоего господина Теодориди (Галатея, Стамбул), и, опять-таки по накладным, выходило, что в ящиках — китайские шелка. Но в глубине каждого из них были обнаружены маленькие продолговатые пакетики, украшенные многоцветными иероглифами.
— Lam Kee, Lam Kee Нор, Cock and Elephant, Cheong Chiken, Cheong Rosster, Lion Globe and Elephant… На'кота на все вкусы!.. — торжествующе произнес Сю-Чуен, пользуясь ошеломляющей смесью английского с китайским.
Широкая улыбка на желтом лице заставляла вспомнить дыню, из которой вырезали четвертушку.
Малез ничего не ответил.
Значит, он не ошибся. Значит, действительно Абоди и был тем человеком, которого он искал с того дня, как приехал в Шанхай.
Но задача была решена не до конца, и комиссар не мог не думать об этом.