Еще не успев захлопнуть дверцу машины, Марго начала выкладывать Олегу факты:

— Я их видела! Обоих! Не знаю, как они проникли на наш участок, но я их заметила вечером в беседке. В первый момент я не испугалась, а даже заинтересовались. Сами понимаете, Олег, зачем молодая парочка может уединиться в тенистой беседке на чужом участке.

— Понимаю.

— Вот и я так решила. Подглядывать за всякой ерундой я не люблю, но здесь совсем другой случай... Я подкралась и затаилась в нескольких метрах от них. И что вы думаете? Они двадцать минут смотрели в сторону дома, шептались и вяло обнимались. Даже не целовались! Меня это возмутило! Я встала и шуганула их.

— Как?

— Потребовала убраться! Я сказала, что нечего здесь устраивать гнездо разврата... Они моментально рванули к забору, где навалены доски. Перемахнули его и скрылись. Я на всякий случай вышла за ворота, и не зря. Мимо пронеслась машина с этой подозрительной парочкой.

— Цвет машины?

— Синий.

— Марку, конечно, не знаете?

— Отчего же... «Опель-Вектра».

— Может быть, и номер запомнили?

— Естественно! И запомнила, и записала. Держите: здесь и номер, и приметы преступников. Девица так себе, а парень очень симпатичный.

Олег на несколько минут затих и забыл о сидящей рядом Маргарите. Он работал. План дальнейших действий складывался сам собой: через час он установит машину, через два — выйдет на преступную шайку в количестве двух сопляков, через три — добудет образцы их почерков, и, если один из них совпадет с запиской, дальше — дело техники. Вечером Олег организует захват. Легкое психологическое давление — и парочка расколется, осознает и будет просить прощения у Марго и ее сановного мужа. Все! Можно считать, что гонорар Олег отработал... Неприятно только, что в успехе столь большая доля самой клиентки...

На слове «успех» Олег пришел в себя. Какой успех?! Пока это не журавль в руках, а лишь синица в небе.

— Вот что, Рита. Я получил от тебя отличные наводки. Надо срочно работать. Я помчался. Хорошо?

— Хорошо... А как же бомба?

— Какая бомба?

— А ты, Олег, решил, что я тебя в шесть утра из-за этой вчерашней парочки звонила? Бомба — это самое главное... Сегодня около шести мне захотелось прогуляться. Ну, ты понимаешь... Спросонья загнала тапок под кровать, наклонилась, а она там и лежит.

— Кто?

— Бомба... Коробка меньше обувной, а внутри брусочки в изоленте, проводки и часы. Все как в кино.

Олег похолодел. До сих пор Марго ему не врала. Очень похоже, что бомба действительно была. Вернее — есть! Но где она сейчас?

— Муж еще спит?

— Да.

— Бомба под кроватью осталась?

— Нет, я ее вытащила.

— Не трогала в ней ничего?

— Как же, не трогала... Я ее обезвредила. Как в кино: сначала красный проводок перекусила, потом синий.

От такой тупости и простодушия Олег вскипел. Он попытался задать вопрос спокойно, но последнюю фразу произнес на повышенных тонах:

— Ты только не волнуйся, Рита. Сама больше ничего не делай... Где бомба?!

— Нечего на меня орать! Вот она, в сумке. Я ее с собой принесла. Я же понимаю: улики, отпечатки и все такое.

Олег снова похолодел. Его руки дрожали, когда он вытаскивал из сумки картонную коробку.

Взрывник оказался аккуратистом: шесть толовых шашек были залиты силикатным клеем, в котором утопали ровные шеренги крупных гаек и шурупов. В правом углу топорщились перекушенные Маргаритой проводки, а над ними весело мелькали секунды электронного будильника.

Было утро, но часы в коробке почему-то показывали двадцать три пятьдесят семь.

Поскольку кроме двух перерезанных проводков на задней стенке коробки были видны дублирующие — и желтые, и зеленые, и белые, — Олег сразу же понял, что будильник показывал без трех минут полночь.

Он вылетел из машины, стараясь не трясти коробку, и побежал к дубу.

Это все врут, что в минуту смертельной опасности перед глазами проходит вся жизнь. Перед Олегом витал лишь образ его любимого шефа, основателя детективного агентства «Сова» Игоря Савенкова. Старик из последней заначки купил для фирмы новенькую красную «Шкоду», жизнь которой висела на волоске. Не вспомни глуповатая Маргарита о бомбе — и через две минуты десятки шурупов и гаек впились бы в конструкции новенького автомобиля. Взрывная волна подняла бы крышу, оторвала колеса, смяла все внутри...

Олег почти поравнялся с дубом, за которым была роща на краю оврага. Опустив коробку на склон, можно было бы не волноваться: взрывная волна пойдет вверх, вбок, вниз. Куда угодно, но не в сторону красной «Шкоды».

За три метра до огромного корявого ствола Олег услышал за спиной требовательный возглас:

— Постойте, Олег! Я никак не могу вас догнать. Остановитесь на минутку.

Олег неуклюже затормозил, попытался оглянуться и, зацепившись за выпиравшие из земли дубовые корни, завалился набок. Коробка отлетела вперед и легла на дно небольшого провала, уходившего куда-то под ствол великана. Крышка отвалилась еще в полете и Олег четко видел мигающий будильник: двадцать три пятьдесят девять.