Замок оказался таким огромным, что Эвелина не могла поверить в то, что люди могли построить эту величественную громаду. Со временем когда-то светлые камни потемнели, от чего замок казался мрачным. К нему от больших ворот в высокой каменной стене вела широкая дорога, по обеим сторонам которой рос невысокий кустарник. Она успела разглядеть за замком сад, который нуждался в уходе. В стороне от замка стояли каменные дома, в которых жила прислуга, охрана. Откуда-то со стороны слышался звон металла, словно кто-то дрался на мечах. В какой-то момент она смогла увидеть с левой стороны позади замка большую площадку, на которой тренировались мужчины, на которых из одежды были только темные штаны и высокие сапоги. Она поспешила отвернуться, чтобы румянец стыда не сжег ее щеки.

У крыльца замка их встретил мужчина в годах чем-то похожий на ее сопровождающего. На нем был темно-синий сюртук, украшенный по вороту скромной серебряной вышивкой. Его внимательные глаза строго смотрели на Эвелину. Он помог ей сойти на землю, потом обратился к молодому мужчине.

– Как добрались, сын? Проблем с бароном не было?

– Нормально, отец. Не было, согласился сразу же, как я выложил ему кошель с деньгами. Он бумагу написал, что не имеет никаких претензий, готов отдать свою племянницу на волю герцога, отказывается от каких-либо прав на нее.

Мужчина говорил совершенно спокойным голосом, словно сообщал своему отцу, как съездил на рынок и по какой цене купил мешок зерна. Эвелине казалось, что она сейчас провалится сквозь землю – дядя продал ее герцогу? Неужели дела дяди на столько плохи, что он просто продал ее? В сердце зажглась боль предательства, которая холодной рукой схватила за горло. Она с трудом удержала слезы, чтобы не расплакаться прямо здесь перед незнакомыми ей мужчинами.

– Эвелина? – обратился к ней пожилой мужчина, склонив голову в быстром поклоне. – Разрешите представиться – стюард Себастьян. По всем вопросам ты сможешь обращаться ко мне и к моему сыну Анри. С ним ты уже знакома. Он личный помощник господина Эдвина. Прошу, герцог уже ждет вас.

Он вошли в огромный холл замка, и Эвелина невольно замедлила шаг. Здесь было…так красиво и необыкновенно, словно она попала в королевский дворец. К ним подошел еще один мужчина, по его одежде Эвелина поняла, что это слуга. Он взял из ее рук узлы с вещами.

– Куда прикажете нести? – спросил он у Себастьяна.

– Пока не знаю, надо спросить у господина, - ответил стюард, потом повернулся к сыну. – Анри, проводи госпожу Эвелин в пиршественный зал и узнай у герцога, куда ее поселить.

Девушка словно во сне двигалась следом за Анри, до конца не понимая, что происходит. Зачем ее привезли сюда, куда ее должны поселить? И что за шум, который доносится оттуда, куда ее ведет этот Анри?

Он привел ее к большой двустворчатой двери, украшенной искусной резьбой. Стоящий у двери стражник кивнул Анри и открыл перед ними дверь. Свет множества свечей, что горели в зале, шум, тяжелый запах вина, человеческого пота, еды навалился на Эвелину. Она стала осматриваться и снова ей захотелось провалиться сквозь землю. Такого непотребства она никогда не видела. Пьяная толпа мужчин и женщин сидела за столом. Некоторые женщины, по виду похожие или на служанок, или на каких-то простых торговок, сидели на коленях у мужчин, оголив свою грудь и громко смеялись. Здесь же за дальним от входа концом стола сидели трое – герцог, еще один мужчина, которого Эвелина видела два года назад в его свите и молодая светловолосая женщина. Герцог держал на своих коленях эту женщину, она обнимала его и громко смеялась. Ее грудь также была бесстыдно оголена, юбка забрана выше колен, а по ее ноге ползла рука герцога. Эвелина пошатнулась от увиденного, закрыла глаза. Она захотела умереть или убежать, но за ее спиной стоял стражник, а Анри подошел к столу герцога, что-то сказал ему. Мужчина отвлекся от своего занятия – целования с девицей, перевел взгляд на Эвелину. Она замерла, снова этот холодный взгляд, который заморозил ее до самого сердца. От страха ее сердце билось так сильно, что в голове стоял гул, из-за которого она почти ничего не слышала. Потом герцог ссадил со своих колен девицу и обратился к мужчине, который был одет в рясу священника, стал спрашивать, готов ли тот прямо сейчас провести обряд.

«Что? Какой обряд? Что происходит?» - девушка пыталась понять, куда она попала, что с ней собираются делать и не могла найти ответов до тех пор, пока ее не повели в замковую часовню. Впереди шел герцог, следом за ним его друг, которого Эдвин называл Пьером, далее шел святой отец, прижимавший к груди большую книгу в кожаном переплете и украшенном драгоценными камнями. Позади шел Себастьян, который смотрел на все сосредоточенным и осуждающим взглядом. Еще какое-то время уже стоя у алтаря рядом с Эдвином напротив святого отца, который читал псалмы, Эвелина надеялась, что все это шутка, но когда святой отец протянул им кольца, одно из которых оказалось на ее пальце, а второе на пальце герцога, Эвелина поняла, что с ней никто не шутит.

На трясущихся от страха ногах она вышла из часовни. Себастьян повел ее куда-то на второй этаж, одновременно отдавая распоряжения слугам, которые толпились по сторонам коридора. Молодая девушка служанка с рыжеватыми волосами пошла следом за ними. Себастьян довел Эвелину до красивых дверей, открыл их.

– Это будет Ваша комната, - сказал мужчина, пропуская Эвелину вперед. – Бритта будет прислуживать Вам.

Девушка, которую назвали Бриттой, присела в коротком реверансе.

– Все, что надо будет, Бритта принесет и сделает.

Мужчина кивнул и вышел из комнаты. Почти сразу вошел еще один слуга, который стал зажигать светильники на столах и стенах комнат. Золотистый свет от свечей сочетался с изысканной обстановкой, шелковой обивкой, позолотой. Эвелина испуганно оглянулась, стараясь понять, куда она попала. Комната была большой, обставленной с большим вкусом, но было видно, что здесь давно никто не жил, в воздухе витал запах затхлости и пыли.

– Это комната-приемная герцогини, - проговорила служанка, сделав несколько шагов в глубь комнаты. – Там, - она указала рукой, - будуар. За ним спальня герцогини.