Шрифт:
Но добрая треть точек уже находилась в непрерывном, хищном движении.
На территории Северной Америки багрово-алая искра Игнациуса бешено металась вдоль побережья Мексиканского залива, оставляя за собой цепочку микроскопических вспышек. Пироман не просто развлекался — он явно выжигал себе плацдарм, подминая под себя нефтеперерабатывающие заводы и устраивая один локальный ад за другим.
В районе Балтики лазурная точка Мариуса медленно и неотвратимо ползла в сторону Скандинавии, стягивая вокруг себя тонкие нити гидрологических возмущений. Архимаг Приливов строил свою империю на морских путях, не обращая внимания на панику портовых властей.
Но тревожнее всего выглядело другое.
В центральной части европейского континента сразу четыре разноцветные метки — ядовито-фиолетовая, бурая, бледно-зеленая и грязно-желтая — медленно, но целенаправленно дрейфовали навстречу друг другу. Векторы их движения сходились где-то в районе швейцарских предгорий.
— Они уже сбиваются в стаи? — нахмурился Нико, чувствуя, как внутри закипает холодная боевая сосредоточенность.
— А ты думал, ты один такой сообразительный? — язвительно усмехнулся куратор. — Слабаки всегда ищут себе подобных, чтобы сбиться в кучу и подольше не сдохнуть. Школа Земли заключила союз с некромантами, целители легли под менталистов… Все понимают, что пирог один, а ртов слишком много. И Система, благослови ее бездушный алгоритм, щедро подливает масла в эту сковородку.
Малик ткнул острием трости в яркую фиолетовую точку, сияющую прямо в центре Москвы.
От метки Вадима Красовского во все стороны тянулись тонкие, едва различимые паутинные нити, оплетающие соседние области. И одна из этих нитей — свежая, пульсирующая злым багровым светом — тянулась прямо сюда. В этот провинциальный город. К этой самой крыше.
— Змееныш выслал группу зачистки, — констатировал Нико, не меняясь в лице.
— Разумеется, выслал! Ты же нахамил ему прямо в ухо на его родном языке, дурачина! — Малик покачал головой, и в голосе демона снова зазвучало откровенное ехидство. — К тебе едут не просто мальчики с битами и сломанными носами. Вадим поднял своих личных цепных псов — бывших наемников, накачанных стимуляторами и прикрытых базовыми ментальными амулетами. Они будут здесь через сорок восемь часов. Будут ломать двери твоего драгоценного общежития, вешать за ноги твоего полоумного режиссера и выпытывать, где прячется рыжий наглец в спортивных штанах.
Нико медленно поднялся на ноги.
Ветровка от «Malik Gray» тихо шелестнула, расправляясь на широких плечах. Ветер на краю высотки внезапно затих, словно испугавшись той тяжелой, ледяной пустоты, которая на мгновение выплеснулась из груди парня.
— Пусть едут, — спокойно произнес маг. — Меньше времени уйдет на поиски. В общежитие они не войдут. Я встречу их на трассе.
— Какая уверенность, какая дешевая голливудская поза! — Малик театрально взмахнул руками, и голограмма планеты с тихим хлопком схлопнулась, рассыпавшись дождем тусклых багровых искр.
Демон поднял свой хрустальный бокал высоко над головой, салютуя ночному небу, спящему внизу городу и надвигающейся буре:
— Ну что ж, мой ветреный мясник. Занавес первого акта опустился. Зрители разогреты, кровь пролилась, декорации расставлены идеально. За досрочную, болезненную и в высшей степени нелепую кончину этого скучного, унылого мирка! Да восторжествует дурной вкус и чистое насилие!
Нико криво усмехнулся, глядя на паясничающего духа.
Парень медленно размял пальцы правой руки, вытянул ладонь вперед, в сторону темного горизонта, где над рекой клубились тяжелые свинцовые тучи, и коротко выдохнул сквозь зубы.
На кончиках его пальцев не было видно пламени или вспышек. Воздух просто сжался в тончайшую, невидимую глазу пластину толщиной в долю микрона, в которую вплелась черная искра энтропии Бездны.
Вж-ж-жих!
Без единого звука, не потревожив даже пыль на бетонной плите, микроскопический серп демонического шторма сорвался с ладони и полоснул по ночному небу.
В полукилометре над городом тяжелая, низко висящая дождевая туча вдруг дрогнула и ровной, геометрически идеальной линией разошлась надвое, обнажив на пару секунд бледный, равнодушный диск луны, после чего рваные края облаков снова сомкнулись в темноте.
Нико смял пустой картонный стаканчик в кулаке и небрежно бросил его в сторону выхода на чердак.
В серебряных глазах под козырьком кепки вспыхнуло и погасло чистое, голодное пламя хищника, почуявшего свежую тропу.
— Первый акт окончен, де Сад, — негромко произнес рыжий, натягивая капюшон и шагая к темному дверному проему крыши. — А теперь пошли. Нам еще нужно успеть на утреннюю пару по сцендвижению. Не хочу расстраивать Аркадия Семеновича плохой растяжкой.
Охота началась.
Глава 11
Осенний ливень лупил по ржавой жести ангара с такой яростью, будто на небесах прорвало водопроводный коллектор. Вода хлестала в щели между плитами перекрытия, шипела на остывающих обрезках уголков и стекала по закопченным кирпичным стенам жирными черными ручьями.
В кузнице «Северного Клыка» стоял тяжелый, вековой дух: смесь жженого коровьего рога, которым по старинке цементировали мелкие поковки, сырого древесного угля, кислой окалины и отработанного дизельного масла. Этот запах намертво въедался в поры, в одежду и в легкие, вытесняя любой намек на уличную свежесть.