Шрифт:
Анастасия Павловна подчинилась. Я голосом приказал вывести настройки транспортной системы на экран, и чтоб вы думали? Прокатило!
Я принялся копаться в настройках. Вообще это было очень удобно. На планшете подсветились все арки с их местоположениями и тем, куда они переносят. При этом две были сломаны. Одна осталась в на плеши. Остальные были вполне доступны.
Однако главное было не это система накопила достаточно энергии для однократного применения глюонного резонанса и требовала выдать параметры наведения. Я провозился какое-то время, разбираясь в настройках. Остальные успели заскучать, когда я вернул планшет хозяйке.
— Давайте покажу вам, как настраивать…
Мы прошли в помещение для сотрудников, воспользовавшись полномочиями опричников. И занялись там обучением. Закрывшись куполом тишины, созданным каким-то артефактом.
Вообще цесаревне было трудно. Планшет она видела первый раз в жизни. Потому все интерфейсы для неё не были интуитивно понятны. Но стоило признать, она очень быстро училась.
За какой-то час она смогла разобраться с переключением арок. Опричники смотрели на правительницу с благоговением. Сама же Анастасия Павловна так увлеклась, что кажется, забыла, где она. Впрочем закончив и чуть посидев, она вернулась себе царственный вид.
— Ах да совсем забыла. У меня для тебя прямое распоряжение.
— Да, Ваше Высочество, — отозвался я.
— Репей, эта работа, с которой можешь справиться только ты, — патетически заявила цесаревна. — Империи нужны антимаги, поэтому я повелеваю тебе оставить потомство, — вид, говоря это, она имела самый царственный. — У вас там, в группе две девицы есть и классная дама твоя, что бы все три брюхатые ходили. Женись потом, на ком хочешь. Вопросы?
— Вопросов нет, есть возражения, — спокойно ответил я. — Арки вы сами переключить можете, безопасность я вашу обеспечил. Теперь мне пора в Гельсинфорс, там, сколько я понимаю, конечная точка моего маршрута. Пути назад, скорее всего, уже не будет, — почему-то я был в этом полностью уверен. — Пустоши я уничтожу. Элдьфи уже сами со всем справятся, от вас только закон. Так что делать мне здесь больше не чего. Мою точную копию зовут — Сергей, он сейчас живёт в замке, но его таким предложением сманить нетрудно. Кроме того, Ваенторцы держат в плену полтора десятком моих близнецов, размножайте их сколько захотите.
— Это приказ, — прошипела цесаревна. — Только попробуй не выполнить, я не знаю, что сделаю, но я до тебя даже на том свете доберусь. Понял! Твой род нужен Империи. Это, чтоб тебе, твоя прямая обязанность, как дворянина. Ясно?!
Она резко вскочила и, бросив обалдевшим опричникам «За мной», буквально вылетела из помещения. А так хорошо всё начиналось.
Думаете, мне не хотелось остаться. Просто жить — учиться припираться с Демидовой, троллить нашу классную и донью Карлионе? Хотелось, конечно! Даже меня стало затягивать второшансное болото.
Только, во-первых, я ни на секунду не забывал, что был виноват, пусть и частично, в трагедии этого мира. А, во-вторых, я слишком хорошо, в той жизни, прочувствовал, что такое, когда от тебя отрывают половину. Никому и никогда я не пожелаю такого. Уж точно не Тане.
Оставить одну, девочку, которой восемнадцати-то нет, воспитывать ребёнка? Нет уж дудки! На такое я пойти не могу! Да даже Валерию Сергеевну, пусть по местным меркам она и старая дева, но по моим-то сама ещё почти ребёнок.
Настроение моё совсем испортилось. Самое гадкое, что всё это не было прихотью шальной императрицы. Говоря об интересах Империи, цесаревна ни капли не шутила. Здесь удачно сложившийся генотип стоил очень дорого. Разбрасываться им государство не имело права.
Сколько я понял, карты совместимости, которыми было обеспечено всё население Империи, стоили очень дорого. Но государство даже в самые тяжёлые времена не прекращало их производство и выдачу. Иного выбора у местных просто не было.
Я вышел на улицу и подставил лицо падающему снегу. Стоял, смотрел в серое марево танцующих снежинок и улыбался. Мне вдруг стало совсем легко. Мой путь подходил к концу. Совсем скоро я окажусь за чертой и встречу там тех, кого люблю. Этой встречи я так долго ждал…
— Шапку надень, остолоп, ухи простудишь… — голос был мне прекрасно знаком. Я присел, лишь чудом разминувшись с тяжёлой рукой, Захара Харитоновича Мышкина.
— А ты бать здесь, какими судьбами? — спросил я глядя на него.
Тот был сегодня одет в строгое пальто и каракулевую шапку и оттого смотрелся совершенно непривычно. Впрочем, свой дробовик он как всегда нёс на плече, явно желая похвастаться дорогим оружием.
— От тебе всё расскажи… — начал было боярин-сталкер.
— Делю нашу, замуж позвали, — вклинилась его сестра Аглая Харитоновна. Она тоже сегодня была одета официально. — Парень из рода Шереметьевых, — гордо произнесла она. — Вот, ходили, ресторан в Петрограде выбирать.
— Хорошее дело, — искренне порадовался я. — Ну, молодым, совет да любовь.