Шрифт:
Аделина почувствовала на себе чужие взгляды. Кто-то поспешно отвернулся. Кто-то сделал вид, что ищет карандаш.
Она не собиралась устраивать сцену.
— Хорошо, — сказала она. — Вивьен будет присутствовать.
Артём удовлетворённо кивнул и направился к своему кабинету.
Вивьен последовала за ним.
Пройдя несколько шагов, она остановилась и обернулась.
— Аделина Сергеевна.
— Да?
— Можно попросить вас об одолжении?
— Смотря о каком.
— Не называйте меня «новенькой». Я быстро учусь.
— А я не называла вас так.
— Но подумали.
Вивьен снова улыбнулась.
На этот раз открыто.
После этого она ушла.
Аделина осталась стоять посреди отдела.
Ей вдруг стало тесно в собственной мастерской.
Она подошла к столу и открыла папку с «Solara». На первой странице лежал главный эскиз коллекции — ожерелье из тонких золотых линий с голубым бриллиантом в центре.
Вчера этот рисунок казался ей воплощением света.
Сегодня он напоминал осколок льда.
— Аделина Сергеевна, вы в порядке? — осторожно спросила её ассистентка Марина.
— Да.
— Точно?
Аделина подняла взгляд.
Марина работала в «Velluto» почти пять лет и знала её достаточно хорошо, чтобы не поверить.
— Просто не ожидала, что Артём наймёт нового руководителя без предупреждения.
— Никто не ожидал.
— Что ты имеешь в виду?
Марина оглянулась, убедилась, что рядом никого нет, и понизила голос:
— Вчера вечером он лично показывал Вивьен офис. Потом они долго были в его кабинете.
— Когда?
— После восьми.
Аделина медленно закрыла папку.
— Ты уверена?
— Я задержалась из-за документов. Когда уходила, свет у него всё ещё горел.
— И что?
— Ничего. Просто… они выглядели так, будто давно знакомы.
Аделина заставила себя улыбнуться.
— Возможно, Артём проводил собеседование не первый день.
— Возможно.
Марина явно хотела сказать что-то ещё, но передумала.
В этот момент из кабинета Артёма вышла Вивьен. В руках у неё была чашка кофе.
Такая же, какую Аделина обычно заказывала мужу каждое утро: двойной эспрессо, без сахара.
Вивьен поставила чашку на стол Артёма и что-то сказала ему. Дверь осталась приоткрытой, и Аделина услышала его смех.
Редкий, живой, настоящий.
Так он смеялся только в начале их отношений.
Когда Аделина не выдержала и посмотрела в сторону кабинета, Вивьен уже стояла у двери. Их взгляды встретились.
Вивьен не отвела глаз.
Наоборот, чуть улыбнулась и медленно закрыла дверь.
Аделина осталась неподвижной.
— Вы точно в порядке? — снова спросила Марина.
— Да.
Она сказала это слишком быстро.
Потом взяла папку и направилась в переговорную.
Совещание началось ровно в десять.
На длинном стеклянном столе лежали эскизы, образцы камней и фотографии будущей рекламной кампании. Аделина заняла место во главе стола. Артём сел рядом с ней, а Вивьен — напротив.
Когда-то это место занимал только Артём.
Теперь между ними словно появилась невидимая граница.
— Коллекция должна выйти в конце месяца, — начала Аделина. — Основная идея — свет, который сохраняется даже в темноте. Поэтому мы используем холодные оттенки металла и камни с внутренним сиянием.
Она говорила уверенно, привычно и профессионально.
Вивьен внимательно слушала, делая пометки в блокноте.
Артём почти не смотрел на Аделину.
Зато несколько раз переводил взгляд на Вивьен, словно ждал её реакции.
— Я бы изменила центральную линию, — сказала Вивьен, когда Аделина закончила.
— Как именно?
— Сейчас коллекция выглядит слишком… личной.
— Это плохо?
— Для коммерческого проекта — да. Покупатель должен видеть не вашу историю, а собственное отражение.
— Коллекция не обязана быть безликой.
— Безликость и универсальность — не одно и то же.
Аделина посмотрела на неё внимательнее.
Вивьен говорила грамотно. В её замечаниях было рациональное зерно. Но за словами ощущалось желание не улучшить проект, а заявить о себе.
— Что бы вы изменили? — спросила Аделина.